На снимках - шестиугольное ураганное образование. Размер этого гексагона в поперечнике составляет 25 000 километров, а сам вихрь уходит вглубь атмосферы до 300 километров

К сожалению, мы никогда не достигали ядра Земли (и, скорее всего, никогда не достигнем), но мы многое знаем о его строении, так как располагаем замечательной наукой под названием сейсмология, а также данными гравиметрии, геомагнетизма, геохимии и лабораторных экспериментов при экстремальных давлениях.

Помимо этого, часть важных знаний о внутреннем устройстве нашей планеты мы получили благодаря подповерхностным ядерным испытаниям в период Холодной войны, которые снабдили ученых "спровоцированными" сейсмическими сигналами.

Сегодня мы можем с уверенностью сказать, что внешнее ядро Земли расплавлено, а внутреннее — твердое. Кроме того, исходя из наших знаний о распространенности химических элементов во Вселенной и о том, что с ними происходит при определенных условиях, мы знаем, что ядро состоит преимущественно из железа, которое находится под гигантским давлением.

Имеющиеся данные указывают на то, что температура земного ядра составляет примерно 6 000 градусов (тут и далее температура в градусах Цельсия), что делает его даже горячее солнечной поверхности (около 5 500 градусов). От поверхности Земли ядро отделяют порядка 3 000 километров — если бы наше светило оказалось так близко, оно тут же бы испепелило планету.

Почему же тогда более горячее ядро Земли за 4,6 миллиарда лет не расплавило ни планету, ни ее обитателей?

Ядро изолировано от поверхности огромной толщей мантии, состоящей в основном из твердых горячих горных пород, которые "текут" (мантийная конвекция) со скоростью в несколько сантиметров в год.

Несмотря на огромную температуру ядра, тепло из глубин поднимается к поверхности крайне неэффективно, так как породы плохо проводят его, а перенос за счет медленной мантийной конвекции занимает колоссальное время. Поэтому в данном случае важна не только температура ядра, но и то, сколько тепловой энергии может быть передано наружу и с какой скоростью.

В результате до поверхности доходит слишком маленький "поток" тепловой энергии, чтобы прогреть всю планету до температур плавления: Земля просто медленно теряет тепло (оно уходит в космос), а не "закипает" изнутри. При этом мантия не "плавится снизу" так, чтобы расплав постепенно поднимался все выше. В глубине давление повышает температуру плавления пород, поэтому даже при высоких температурах нижняя мантия в основном остается твердой. А там, где расплав все же появляется, он обычно не накапливается: поднимаясь, он попадает в более холодные области и частично кристаллизуется. В итоге в недрах Земли не существует "роста" океана расплава снизу вверх — возникают лишь отдельные зоны частичного плавления.

Искра бенгальского огня может иметь температуру в 1 500 градусов, но если она случайно попадет в вас, то вы, скорее всего, даже не почувствуете этого. А вот погружение в ванну с кипятком (каких-то 100 градусов) стало бы фатальным для большинства обитателей Земли, потому что у воды большая масса и теплоемкость — она успевает передать много энергии.

Тот же принцип и с Землей: "печка" спрятана очень глубоко, и тепло наружу просачивается постепенно — через конвекцию в мантии и теплопроводность пород. Поэтому планета не плавится, а медленно остывает.

Фото демонстрируют его главные достопримечательности. Тут и знаменитое «сердце» — гигантская азотная равнина, по которой дрейфуют «айсберги», состоящие из водяного льда. И ледяные горы, на вершинах которых лежат шапки из метанового снега. И участки «зазубренной» поверхности, покрытые огромными ледяными иглами. И окружающая Плутон углевородная дымка, которая имеет голубой цвет.

Нашлось место и Харону — крупнейшему спутнику Плутона. По его экватору тянется огромная система разломов. По одной из версии это свидетельство агонии его подповерхностного океана, который замерз, что привело к расширению Харона и растрескиванию его коры.

В Солнечной системе не только Сатурн обладает системой колец. Их имеют все газовые гиганты нашей системы и даже несколько других объектов (например, астероид Харикло).

Впервые кольца у Юпитера были обнаружены в 1979 году, когда мимо планеты пролетел "Вояджер-1". Однако он только нашёл их и до конца 20 века их состав и происхождение оставались большой загадкой. Ситуацию прояснил "Галилео", который работал на орбите гиганта с 1995 по 2003 год. С помощью собранных им данным удалось выяснить, что кольца сформировались при падении астероидов на спутники Юпитера.

Кстати, этот снимок был как раз сделан "Галилео". В момент съёмки аппарат находился за планетой, из-за чего произошло затмение и Юпитер закрыл собой Солнце. Именно тогда и получилось сделать настолько чёткий снимок колец Юпитера.

Этот снимок Венеры был сделан космическим аппаратом Akatsuki японского космического агентства JAXA

Солнечный ветер и микрометеориты выбивают с поверхности натрий, который уносится и образует тонкую натриевую тянущуюся оболочку — "хвост" длиной до 24 миллионов километров. Видимый свет этого газа слаб, поэтому его удается зафиксировать лишь при съемке с натриевым фильтром, выделяющим характерное свечение.

Удивительные струйные структуры в верхнем облачном покрове Сатурна, снятые автоматической межпланетной станцией Cassini

Скорость течения вещества здесь может приближаться к 500 м/с, хотя до рекордов нептунианских ветров Сатурну, конечно, далеко.