Странности и провалы в Лиспубликанском континууме.

Попробуем рабраться...

В посте многоуважаемой @moortnelis какое-то количество людей обнаружили хуй...

Ну даже прожжённые лиспубликанцы, которые видят его даже в колесе тепловоза, перестали наблюдать этот чудодейственный предмет.

Логично что некоторые глубоко возмущены этим фактом и задаются вопросом, дескать вай???

Поэтому мне на почту пришло уведомление о том, что этот вопрос необходимо в кратчайшие сроки решить и дать ответ гражданам населяющим Лисспублику.

Для простоты эксперимента возьмём кота-хуя как наиболее очевидный предмет обсуждения.

При детальном рассмотрении вопроса выяснилось, что мы имеем дело с квантово-анальным принципом неопределённости Говненштейна, некоторые принципы которого мы рассматривали буквально недавно.

Кот-хуй существует в состоянии суперпозиции. Он одновременно и хуй, и не хуй. Пока на него не посмотрел наблюдатель, эта хуета пребывает в когерентном состоянии всех возможных форм: и кот, и член, и немножко тапок. Но в момент наблюдения происходит коллапс волновой функции, и система принимает одно из двух базовых состояний: либо «ну это же просто кот, вы что, больные?», либо «охуеть, да это же конкретный хуй с яйцами!».

А вот что определяет результат коллапса – это, блять, и есть главная загадка. Тут в игру вступает теория анальных порталов. Видидите ли, у каждого человека в подсознании и чуть ниже поясницы есть чёрная дыра, соединенная с его личной анальной вселенной. И если у наблюдателя эта дыра забита предрассудками, ханжеством или просто бордюром от тротуара, то фотоны от кота-хуя (или трека сомолёта) проваливаются в эту дыру, не долетая до зрительного центра. Сознание, получая дыру в данных, просто достраивает картинку до безопасного образа «милый котик/красные линии с завитушками».

Те, кто хуй видят – они просветлённые. Их анальные порталы чистые, не обременённые разумом ебальниками морали, поэтому информация доходит без искажений. Они – проводники объективной реальности, каким бы хуевым он ни был.

А Потата и Адик, которые задалась вопросом – они, походу, на грани прорыва. Их портал начинает вибрировать и трепетать на частоте истины, но старые анальные заслонки ещё мешают. Они чувствуют диссонанс, квантовый сдвиг, но не могут его идентифицировать.

Короче, всё просто: одни живут в иллюзии, порожденной их же засранностью, а другие видят мир таким, какой он есть – местами абсолютно хуёвым. Вот и вся физика, нахуй.

МЕМ-ПРЕДСКАЗАНИЕ НА СЕГОДНЯ

Разговор о влажном

Тупительниншна.

Наш писькин уважаемый доктор обнаружил интересное физическое явление и требует разобраться.

Штош...

Ну это ж самое оно, чего снгодня не хватало😏. Царский вопрос. Подвиньтесь.

Классическая физика — это как советский госплан. Всё предсказуемо. Шаррик катится по наклонной плоскости — мы знаем, куда он приедет и с какой скоростью. Это мир макрособытий, где у всего есть причина и следствие, где можно тыкать пальцем и говорить: «Вот хуй, а вот — потыканый хуй». Проще пареной репы.

А потом приходят кванты. И это — не госплан. Это — цыганский табор с доплеровским эффектом на выезде. Это мир, где частица — это не шарик, а состояние ебала и психики вселенной. Она и здесь, и там, и немного вчера, и чуть-чуть в параллельном кармане. Пока ты на нее не посмотрел и, прости господи, не потыкал, т е. провзаимодействовал.

Вот этот «квантовый член», как изволил выразиться Пётр, — его «рисунок» — это не рисунок в смысле «ваза с цветами». Это хуже. Это следы пьяного великана на мокром песке. Мы видим отпечатки, впадины, какие-то намёки на структуру. Мы можем даже посчитать их вероятность, описать математикой, от которой у нормального человека встанут волосы и поползет шкурка. Но мы не видим самого великана. Мы не знаем, какого он роста, почему он пьян и зачем он вообще тут топчется.

Смысловая природа этого всего... Блядь. Она не в том, чтобы «объяснить». Она — в том, чтобы сломать тебе мозг о сам факт своего существования.

Смысл квантового члена — в его принципиальной, фундаментальной, божественной неопределённости. Он не «или-или». Он «и-и». Частица — это волна, пока ты не посмотрел. А посмотрел — стала частицей. Ты, блять, своим взглядом её определяешь. Ты соучастник. Ты не наблюдатель, ты — соавтор этого пиздеца.

Это как если бы писатель садился за стол, не зная, что он напишет. И буквы на листе проявлялись бы только тогда, когда ты начинаешь читать. И от того, как ты читаешь — вдумчиво или по диагонали — зависело бы, получится ли трагедия или комедия. А может, и вовсе инструкция как собрать троллейбус из буханки хлеба.

И этот «рисунок» — эти вероятностные облака, эти перепутанные состояния — это и есть самый честный портрет реальности. Не твёрдый, предсказуемый мир камней и столов. А мир-нарратив. Мир-возможность. Мир, который дышит, колышется и принимает окончательную форму только в момент нашего вопрошания.

Так что, когда ты смотришь на эти формулы, на эти графики — ты смотришь не на описание мира. Ты смотришь в зеркало. Ты видишь отражение собственного сознания — такого же размазанного, вероятностного и неопределённого, которое в момент вопроса к миру — вынуждает мир дать ему чёткий, однозначный и, скорее асего, совершенно случайный ответ.

Квантовая физика — это не физика. Это самая глубокая лирика, написанная на языке математики. Это поэма о том, что реальность — это не факт. Это — диалог. И в этом диалоге мы — не просто слушатели. Мы — те самые хуёвые квантовые члены, которые своим существованием задают вселенской хуйне её единственно возможную, хоть и временную, форму.

Почему берёза голая?

Задался вопросом и пошел выяснять...

Утро начинается с диалога с самим собой, но больше всё таки монолога...

А чего бы ей, блять, не быть голой?

Ты на календарь посмотри, нахуй.

Ноябырь на дворе, ноябрь на носу, а в некоторых частях этой чудесой страны уже и декабрь дышит в затылок, местами перманентный январь.... Солнце — редкость, световой день — как предсмертная агония, чахнет и скукоживается на глазах.

Холод, блять, пробирающий до костей. И я спрашиваю, почему береза голая?

Да потому что она не ебнутая, вот почему. Это стратегия, древняя как хуй мамонта, проверенная миллионами зим. Лист — это ведь не просто украшение, это фабрика по производству еды. Но для работы этой фабрике нужно солнце, много солнца, и тепло.

А где нахуй солнце и тепло в ноябре? Их нет. Значит, фабрика становится убыточной как автоваз. Лист испаряет воду, а добыть новую из промерзшей земли — пиздец какой труд. Это как пытаться сосать сок из камня. Проще, блять, закрыть лавочку. Сбросить этот балласт, эти ненужные теперь лопухи, которые только тянут из тебя последние соки.

И вот она стоит, голая, стыдоба ёбаная. Но это не голая, это — экономная. Это — бережливая. Она все соски, все силы, что накопит за короткое лето, бережно хранит в корнях, в стволе, в ветках. Консервирует до лучших времен. Она не будет, как какой-нибудь ебаный дуб-упрямец, держать свои бурые листья до последнего, трепаться ими на ветру, как последний нищий.

Нет. Она все просчитала. Она голая, потому что она умная (Дамы Лиспублики - анука покажите, что вы умные*). Она голая, потому что она готовится. Готовится выживать, блять. Молча, стоически, без истерик.

Зато весной, когда этот ебучий холод отступит, она первой, одна из самых первых, запустит эти свои нежные, липкие, зеленые почки и снова оденется в свою трепетную шелестящую листву.

А пока — пусть будет голая. В этом ее сила. В этом ее долгая, ебучая, многолетняя жизнь.

МЕМ-ПРЕДСКАЗАНИЕ НА СЕГОДНЯ

Крошка сын к отцу пришёл и спросила кроха.

Знаешь ли ты, что снегири не гири?

Блядь, конечно знаю. Это же ебучий провал в в черноц дыре мироздания, замаскированный под орнитологию.

Вот смотри. Все в природе логично. Поползень — ползает. Глухарь — глухой. Сорока — стрекочет, рак — свистит. А снегирь? Что он делает? Он, нахуй, снегирит? Нет. Он просто сидит на ветке и красногрудо пялится на всю хуйню, как будто он только что прилетел из дурдома и ему тут всё охуенно.

Гиря — она тяжелая. Она железная. Её можно бросить об пол, ею можно разбить хуй и сделать бульк в речке. А снегирь — он пушистый. Он весит как два пера и три поцелуя. Если его бросить, он улетит, блять, и еще обосрётся тебе на шляпу от испуга. Какая нахуй гиря?

Это не гиря. Это обман. Это такой тонкий постмодернистский трюк, который русский язык выкинул, пока все спали. Мы взяли слово «снег», намекающее на что-то белое, холодное и сезонное, и прилепили к нему суффикс «-ырь», который звучит как нечто основательное, весовое, гиревое. А получился шарик из ваты с угольком на носу. Это хуита уровня мокрого ежа (вы видели мокрых ежей?), просто все привыкли и не палятся.

Снегирь — это не инструмент для снега. Это состояние души. Это маленький красный монах, который прилетает зимой, когда всё белое и унылое, и своим видом как бы говорит: «Расслабься, бюстгалтер. Посмотри на меня. Я тут самый цветастый мудила в лесу, и мне похуй. И тебе советую пофигизировать».

Так что да. Снегири — это не гири. Это анти-гири. Это протест против потепления, свистящих раков и мокрых ежей. Это напоминание, что в этом мире можно быть легким, ярким, жрать замороженое сало и быть абсолютно бесполезным — и в этом твоя главная, блять, сила.

Жизни там нет

Вот реально - какого хуя, а?

Все эти ебучие телескопы, зонды, марсоходы, а на выходе - нихуя. Сухая, пыльная, безжизненная хуита на Марсе, ледяные шары вроде Европы, и тупой Титан с его метановыми озёрами, где даже срать не на что.

Жизнь - это не чайный гриб и не просто какая-то хуйня, которая взяла и возникла, где попало. Это ахуенно сложный, ебанный процесс, для которого нужно сошлось столько факторов, что проще выиграть в лотерею, упав с девятого этажа на кирпич жопой и вылечив геморой.

Земле просто ахеретельно повезло. Сидим мы в золотой жопе - не слишком близко к Солнцу, чтобы не сгореть, и не слишком далеко, чтобы не обледенеть. Атмосфера - правильной толщины, чтоб и от радиации защищала, и давление норм было. Вода жидкая, местами креплённая, ебать её в рот. И главное - ебучее магнитное поле, которое отводит солнечный ветер, как справка от военкомата - долбоёба с повесткой.

А теперь смотрим на этих "детей плонет" за бортом:

Марс. Шиза, блядь. Атмосферы - хуй. Ну, почти хуй. Тонкая, бесполезная плёнка, как гандон на Саниной дудке, сквозь которую радиация прёт, как мигранты на стройкку. Магнитного поля - нихуя. Воды - вроде есть, но в основном в виде льда, да и та ядовитая, с перхлоратами какимито. Хуле там жить-то, блядь? Микробам, может, и сойдёт, но им тоже не понятно - зачем?

Европа, Энцелад. Ну, типа подо льдом океаны. Вода есть, да. Но, во-первых, лёд этот, блядь, километровой толщины, света там нет, фотосинтез - на хуй. Во-вторых, эти луны - игрушки гравитационных титанов, Юпитера и Сатурна. Их там так хуярит приливами-отливами, что ядро раскаляется, но это не стабильная система, а ебля в противогазе и постоянная головная боль - не до размножения.... Какая уж тут жизнь...

Титан. Вообще анекдот. Холодно, блядь, пиздец как. Метан вместо воды. Идут метановые дожди, текут метановые реки. Представьте, жизнь на основе метана... Это как пытаться жарить яичницу на жидком азоте - нихуя не выйдет. Химия там совсем другая, медленная, заторможенная.

А уж про Миранду и говорить смешно. Это, блядь, даже не планета, а кусок дерьма, отколотый от Урана. Горы выше Эвереста, пропасти, где можно хоронить надежды. Геологический ад, где всё замёрзло навеки.

Так что - жизни нет, потому что нихуя не те условия. Не та температура, не та химия, не та защита. Да и делать там нехуй... Все эти миры - или морозильники, или духовки, или радиационные могильники. Земле просто невероятно, пиздец как повезло. Мы не особенные, мы - аномалия, ебучий джек-пот в масштабах галактики. И пока мы здесь срачи в интернетах разводим, вся остальная Солнечная система - это огромное, бескрайнее, безжизненное говно.

МЕМ-ПРЕДСКАЗАНИЕ НА СЕГОДНЯ

Ну, чтоб Саня был прав и деньги были!

Хух.

Мудрейший имел неосторожность выразиться

Что же, давайте разберём по пунктам... А хотя нахуй они нужны, эти пункты, пойдём подряд.

Речь пойдёт не о плоти, о духе. Не о том стоянии, что линейкой измерить можно, а о том, что внутри тебя должно вытянуться в струну, напрячься тетивой и звенеть от готовности выпустить стрелу в самую суть этого безумного мира.

Вот смотрите.... Жизнь, она ведь как хуй знает што... Тянет, засасывает. Рутиной, долгами, мнением соседа, ожиданиями родни, этой всей серой, кислой кашей будней. С комочками, ебать их в рот. И ты в этом болоте плывёшь, и понемногу твоя суть, твой стержень, тот самый внутренний хуй, начинает клониться. Сначала под тяжестью лет, потом под грузом неудач, потом просто по инерции. Порядок может быть произвольным. И вот... Он уже не стоит гордо, устремляясь в небо, а так, болтается, смотрит в землю, как сутулая собака. И ты смиряешься. Ты думаешь: «Да, хуй ты мамин, так и надо. Так у всех».

А главное-то — шоб стоял. Всегда. При любых обстоятельствах.

Это не про агрессию, нет. Это про внутренний каркас. Это про то, чтобы, когда приходят тёмные времена — а они приходят ко всем, — ты не согнулся в три погибели, не распластался в луже уныния, а нашёл в себе ту самую точку опоры, тот стальной прут воли, и упёрся. Стоишь. И пусть ветер свистит, пусть дождь хлещет, пусть все вокруг кричат, что ты дурак и что ничего не выйдет. А ты стоишь. Потому что твоя позиция — это твоя территория. И сдавать её нельзя.

Это про азарт. Про ту самую искру в глазах, когда все говорят «невозможно», «нереально», «забей», а ты уже внутри себя завёл мотор, и он ревёт, и ты знаешь — ты попрёшь. Потому что охуенно же — попрёть против течения, сделать по-своему, доказать в первую очередь самому себе, что можешь. Это тот самый стояк — когда от одной только сложности задачи, от одного её масштаба, у тебя внутри всё поёт от предвкушения битвы.

Это про интерес к жизни. Вот смотрите, многие к сорока годам свои интересы, как старый хуй, складывают в потрёпанный футляр и убирают в дальний ящик. И живут потом серой, пресной жизнью, где всё понятно, предсказуемо и до чёртиков скучно. А главное — шоб он стоял от нового. От желания научиться играть на укулеле в пятьдесят. Или дунуть в Санину дудку с пищевой плёнкой (мб даже не плёнкой). От жажды встать в пять утра, чтобы посмотреть, как всходит солнце в незнакомом городе. От глупой, детской, ничем не обоснованной идеи слепить огромного снеговика посреди марта. Когда снега нет - похуй, грязевик. Это и есть тот самый стояк — не физиологический, а душевный. Готовность удивляться, гореть, хотеть.

И когда ты живёшь с этим — с этим внутренним стержнем, с этим азартом, с этим ненасытным интересом, — всё вокруг меняется. Ты не плывёшь по течению, ты его создаёшь. Ты не ждёшь одобрения, ты его раздаёшь — самому себе, одним своим состоянием. Ты становишься маяком, а не буйком, за который не заплывать..

Так что да. Главное, шоб хуй стоял. Ящитаю. Это и есть формула жизни не просто существующей, а яростной, полной, настоящей. Всё остальное — детали.

Кто рано встаёт, тот на*** идёт

Размыслительниншна. Агрессивное утро.

Пруф.

Официальная версия, которую впаривают с детства - "кто рано встаёт, тому бог подаёт". Подаёт, блядь. Подаёт нахуй.

Потому что тот, кто встал в пять утра, к десяти уже выполнил все свои дела, посмотрел на это всё и понял: дальше только деградация и пиздец. Он уже отзавтракал гречкой, пробежал пять километров, ответил на все письма и теперь сидит с пустым, выпотрошенным взглядом и думает: "И это всё?".

А в это время нормальный человек только-только открывает глаза, потягивается, медленно приходит в себя и понимает, что весь этот "ранний птах" уже успел на себя взвалить столько хуйни, что к обеду сдохнет от усталости. И кто из них мудрее? Тот, кто уже в восемь вечера валится с ног, потому что встал с петухами или даже из разбудил, или тот, кто в восемь вечера только раскачивается и готов к настоящим свершениям, типа открыть пиво и посмотреть сериал?

"Кто рано встаёт, тот нахуй идёт" - это не призыв к лени. Это - констатация факта. Раннее утро - время для уборщиц, дальнобоев и прочих сварщиков с ювелирами, которых житуха заставила вставать в ночь. Нормальный человек, добровольно встающий затемно, - это либо психопат, либо сектант, либо тот, кому нечем заняться вечером. Он идёт нахуй - в прямом смысле.

Нахуй от сна, нахуй от комфорта, нахуй от здравого смысла. Потому что все нормальные дела, все радости жизни происходят после полудня и вечером! Вон, даже обновления на Лиспублике ночью грузят))) Все встречи, все пьянки, все дурацкие и гениальные идеи, вся жизнь - она там, а не в этом утреннем тумане с запахом кофе и тоски.

Так что, когда тебе снова попытаются впарить эту благостную хуйню про "раннюю пташку", просто оскалься в сладкой улыбке и поинтересуйся с ледяным любопытством: "А много ли ты видел по-настоящему крутых дел, сделанных до девяти утра? Не считая этого бесконечного, механического цикла обязанностей, что существуют лишь для того, чтобы мир тихо и беспрекословно скрипел своими колёсиками, пока настоящая жизнь дремлет под одеялом?"

Вся великая литература, музыка и искусство, вся настоящая, невыносимая, божественная пиздатость - всё это рождалось в кромешной тьме, под аккомпанемент хруста собственного черепа и воя соседей за стенкой. А утро - это божья кара, время, чтобы отоспаться, осознать всю глубину своего вчерашнего падения и проклясть тот день, когда ты снова повелся на этот гнилой пряник под названием "продуктивное начало дня".

Иди нахуй со своим подъёмом в шесть утра, со своей зарядкой и полезным завтраком. Настоящий мудрец знает: победа достанется тому, кто дольше всех пролежит в анабиозе, пока эти дергающиеся утренние мудаки не перебьют друг друга в идиотской гонке за местом под солнцем, которого, кстати, тоже не существует.

Ну, а я пошел нахуй 😇