#Детектив

Как это было...

Бэкстейдж по Главе 3

42

Kukabara: о, прикольно)) я там буду в неё верить! я вапще чушка наивная пусть буду и суеверная, знаешь)) приметы, легенды там - всё ахая и охая с открытым ротом))

Kimpokom: наверное это был понедельник, а по ним и не такое мерещится :)

Kukabara: понедельничные оборотни!!)

Итог:

— ...Вот там оборотня и видели, — неожиданно закончила она.

Ана, конечно, уже готова была к тому, что разговор Иоанка разворачивает в любой момент и в любую сторону, но такого пассажа все равно не ожидала.

— Какой оборотень? — опередила с вопросом Мирэ.

— А обыкновенный, белый.

***

SergeyRY: это такой дядька, слегка за 50. Повидавший виды, но ещё бодр, бородат, энергичен. Рюкзак, трекинговые палки, шикарные трекинговые ботинки… И весь инструмент - это его походный нож.

Итог:

По лестнице кто-то затопотал и заскрипел ступенями. Все дружно повернули головы: сверху спускался дядька лет пятидесяти. Крепкий, бородатый и в крепких же кожаных ботинках на толстом ходу…

… — А вы знаете, что я сегодня приобрел? Не могу не похвастаться!

Он вынул из кармана штанов нож в чехле…

Каникулы в Трансильвании

Глава 3. «Вилла Мария»

40
Читалка

Такси ехало по дороге, с двух сторон засаженной деревьями. Уже начинало смеркаться, откуда-то снизу, может, от реки, поднимался ледяной туман. Дорога выглядела мрачно и угрожающе.

Въехали в деревню. Теперь вдоль дороги потянулись домики, от некоторых были видны только крыши. Сложенные из камня стены-заборы, деревянные запертые ворота…

— Мрачновато, — пробормотала Ана. — И что, тут отель? — спросила она Иоанку.

— Да нет, отель дальше, как через деревню проедете — еще километр и вы на месте! Ну, может даже два километра. А если идти по тропинке вверх — то можно срезать дорогу и тогда еще меньше идти, — болтала Иоанка беззаботно и путанно. — И ничего у нас не мрачновато, это потому что вечер уже. Вон, смотрите, какая церковь красивая!

Ана глянула, куда показала Иоанка. И действительно, церковь была красивая: веселенькая, беленькая, пятиглавая. Как будто вышла погулять в треугольном платке-куполе и в белом пальто.

— А с того конца еще часовня есть, — показала вперед Иоанка, — там могила старого то ли графа, то ли графьего сына. Старая могила, ей лет сто уже. Вот там оборотня и видели, — неожиданно закончила она.

Ана, конечно, уже готова была к тому, что разговор Иоанка разворачивает в любой момент и в любую сторону, но такого пассажа все равно не ожидала.

— Какой оборотень? — опередила с вопросом Мирэ.

— А обыкновенный, белый.

Ничего обыкновенного в белом оборотне Ана не видела. Но, может это у них, в Констанце, это не практикуется — оборачиваться в белых… А в кого, собственно тут принято оборачиваться?

— Кто белый? — снова была первая с вопросом Мирэ.

— Да волк же. Волк. Такой огромный, белый. И сразу в лес!

— Небось, обычный волк, — засомневалась Ана. — Или собака.

— Да что мы тут, собак не видели? И волки иногда встречаются. А этот, говорят такой огромный, что когда прыгает — кусты ломает. И пасть у него огнем горит! Правда-правда, мне Василе рассказал. Он его видел.

— А кто такой Василе? — с подозрением спросила Мирэ. Она была девушкой с критическим складом ума и сходу таким россказням не верила. И подозревала, что этот Василе — человек со странностями. Например, алкоголик.

— Это староста наш. Очень уважаемый человек.

— А что, пьет он? — как можно равнодушнее спросила Мирэ.

— Да вы что, думаете, ему волк привиделся? Ну, уж нет, уж все знают, что Василе зря болтать не будет. Да вы сами можете с ним поговорить: приходите ко мне — я вас познакомлю. И сразу поймете — это очень уважаемый человек. И так рассуждает всегда умно. Образованный, что тут говорить. Он образование хорошее получил, его отец у графа работал…

— Да про каких графов вы все тут говорите? Графов нет давно.

— Это у вас нет, — даже немного обиделась Иоанка. — А у нас они есть. Вот вы в отель едете, а он как раз графам и принадлежит. Ну, то есть их родственниками. А старый граф в колхозе, говорят, учетчиком работал. То есть тоже был образованный. Ему тогда уж лет шестьдесят было. А те, которые сейчас хозяева — они были не хозяева…

Ана помотала головой: она уже запуталась, кто, где, когда и почему. Она стала смотреть в окно. Такси уже свернуло с шоссе и аккуратно рулило по узким деревенским проулкам.

— А мы точно куда надо едем? — засомневалась она.

— Точно-точно, — успокоила Иоанка. — Вот сейчас за тем поворотом я выйду — вы увидите мою пекарню, а там прямая дорога как раз к вашему отелю.

Иоанка вышла около одноэтажного светлого, то ли серого, то ли белого здания с лепными наличниками и украшенной рождественским венком дверью. Потом такси выехало за деревню и покатило по угрюмой долине. Справа и слева высились почти голые отвесные скалы, кое-где виднелись жидкие кустики. Нет, может летом пейзаж и выглядел завлекательно, но сейчас это было, скорее, устрашающе. Такси петляло по горной дороге, как заяц по полю.

— Вон, смотри, я думаю, это он. — Мирэ указала вперед. — Вон, слева, видишь?

Ана посмотрела: действительно, впереди слева наблюдалось белокаменное здание с красной крышей. Хотя, нет: здание было серокаменным.

Такси еще раз крутанулось по дорожной петле и подъехало к отелю.

Они вышли из машины. Она развернулась и умчалась, оставив их один на один с серой громадой.

Отель впечатлял: обложенные диким камнем стены, по углам башенки, галерея, похожая на крепостную стену.

Из ворот с коваными петлями выплыла высокая дама в меховой накидке.

— Добро пожаловать, — с улыбкой сказала она и повела рукой в сторону отеля. — Мы ждем вас с утра. Я — Мария, хозяйка отеля, — она развернулась и двинулась вглубь двора.

Ана и Мире, волоча чемоданы по плитам подъездной дороги, двинулись следом.

Двор тоже был неплох.

— А я тебе говорила: смесь старины и современного дизайна. Есть прекрасный сад и терраса с видами. Все, как было на сайте, — зашептала Мирэ, подталкивая Ану локтем. — Смотри! Красиво же!

Ана смотрела: выложенные плиткой дорожки, горшки с кустами, альпийская горка… Вон, и скульптура какая-то имеется. Летом тут, наверное, чудесно. А пока все присыпано снегом. Кроме дорожек — дорожки старательно выметены чьими-то заботливыми руками.

— Вот тут, слева, можно пройти к калитке, она выводит на тропу к роще. Наши посетители иногда там гуляют, — указала рукой с тонкими бледными пальцами хозяйка. — Вот тут, по лестнице вверх — летняя веранда, зимой она закрыта, но с нее неплохие виды. Можно там фотографироваться. Просто снимите ленту заграждения, а потом снова ее повесьте, и все.

Ана и Мирэ послушно посмотрели в сторону веранды, переглянулись и кивнули друг другу.

Дама поднялась на крыльцо у высоких двустворчатых дверей. Оглянулась, улыбнулась и потянула на себя тяжеленную дверь. Удивительно, но дверь легко подалась. Все трое зашли в холл.

Холл оказался небольшим и был бы уютным, если бы не рисунок на стене прямо напротив двери. Это была женщина в каком-то историческом наряде, голова и плечи были нарисованы пятнами, без деталей, детально прописано было только платье и элементы интерьера. Впрочем, их было мало: темный фон, арочное окно за спиной женщины, свечи. Недорисованный портрет выглядел мрачновато, особенно с такой подсветкой: снизу и сверху по два небольших фонаря освещали стену с недорисованной дамой.

— Это наш местный художник рисует, — проинформировала Мария, поведя рукой в сторону портрета. — У нас тут много талантов… — и повернула направо.

Справа холл плавно перетекал в гостиную: деревянные столы, деревянные, с ковровой обивкой большие кресла, деревянная стойка администратора правее от входа, почти в углу. Канделябры с лампами-свечками, проемы дверей отделаны камнем в стиле рустик. Негромко играла музыка.

— Это ария Далилы, — определила Мирэ, музыкант по образованию и по профессии. — Из оперы «Самсон и Далила».

— Что, тоже как на сайте? — язвительно спросила Ана.

Ее услышала дама в мехах и медленно обернулась. Холодная улыбка снова озарила ее лицо:

— Лучше, моя дорогая, намного лучше… Вы увидите. Идемте, я запишу ваши данные.

Хозяйка отдала им ключи и кивнула куда-то в сторону. Оттуда материализовался высокий худенький парнишка лет семнадцати-восемнадцати, легко подхватил их чемоданы и застучал ботинками по деревянным ступенькам. Ана и Мире, осторожно ступая на скрипучие ступени, пошли следом.

Парнишка остановился у номера в конце коридора второго этажа.

— Смотри, — показала Мире на окно, — кажется, отсюда видно деревню. Или мне кажется?

Ана глянула: уже начало темнеть, что там, за окном на горизонте умудрилась увидеть Мирэ, было непонятно.

— Завтра посмотрим. Пошли. Я устала. А когда тут ужин? — спросила она парнишку.

Парнишка стоял как столб и смотрел на них темными глазами. В основном смотрел на ярко-красные волосы Аны. Потом буркнул:

— В семь. — И быстро-быстро пошел по коридору. На лестнице оглянулся на них и снова заспешил.

— Странный какой-то, — пожала плечами Ана. — Идем скорее. Надеюсь, душ тут есть.

Душ был, и через полчаса Ана и Мирэ, причесанные и нарядные, спустились в холл.

— И где тут столовая? — покрутила головой Ана. — Где тут ужин подают?

В гостиной обнаружились две двери: одна за стойкой администратора, и вторая слева, у лестницы на второй этаж.

— Какая столовая? — одернула подругу Мирэ. — Ресторан. В отелях бывают рестораны.

— Это в других отелях. А в этом дай бог и столовая! — начала злиться Ана. — Ну, хотя бы и ресторан? И где он?

— А вон там, девушки, вон за той кадкой, — сказал кто-то за их спиной.

Ана обернулась на голос: там, в большом кресле, почти скрытый небольшим фонтанчиком в каменной чаше и цветочными горшками, сидел мужчина лет сорока.

— И я согласен с вами, что лучше это называть именно столовой! — кивнул он с улыбкой Ане. — Тут, я смотрю, все по-домашнему, все уютненько. Рестораном это назвать сложно.

Незнакомец широко улыбнулся и привстал со своего кресла:

— Очень приятно, я — Виктор, Виктор Элвис Хаджи, если по паспорту, — он склонил голову с тонкой улыбкой.

— Ана. — Ана чуть не сделала книксен, до такой степени этот Виктор был галантен.

Мирэ оглядела незнакомца с ног до головы, осталась чем-то недовольна (фланелевые штаны и классические коричневые кожаные ботинки возмутили изысканный вкус Мирэ, догадалась Ана), поэтому вздохнула и вместо приветствия спросила:

— Вы тоже гость отеля? Или вы из хозяев?

Виктор Элвис Хаджи как будто на стену наткнулся.

— Я… Простите, а почему вы решили, что я, как вы выразились, из хозяев?

— Да я ничего и не решила, так просто спросила. Мария встретила на улице, вы — тут, всяко может быть… — пожала плечом Мире и повернулась в сторону столовой. — А на ужин уже можно проходить, не знаете?

Виктор знал:

— Пока нет. Я так понимаю, нас пригласят. Сейчас и другие спустятся, кто уже вернулся. Присаживайтесь, вот тут, у камина, теплее.

Ана с Мирэ сели в кресла и стали смотреть на камин. Виктор тоже сел.

— Он же не настоящий! — Ана разочарованно оглядела чудо современной технологии.

— Настоящие пожароопасны, я так понимаю. И их могут не разрешить в отелях. Я, конечно, не углублялся в этот вопрос, но…

По лестнице кто-то затопотал и заскрипел ступенями. Все дружно повернули головы: сверху спускался дядька лет пятидесяти. Крепкий, бородатый и в крепких же кожаных ботинках на толстом ходу.

— Добрый вечер, — поздоровался дядька и глянул в сторону столовой.

— Вижу, я вовремя. И к тому же в компании с такими милыми дамами, — галантно шаркнул толстым ботинком мужик и представился: — Я Мариус Лупу. Я тут уже неделю. Вы не представляете, какая тут красота! — он восторженно обвел руками потолок холла. — Ну, то есть не тут, а там, — махнул он в сторону глухой стены, — в горах. Но и деревня — хороша!

Мариус вопросительно глянул на девчонок.

Ана вспомнила, что надо быть вежливой и постаралась мило улыбнуться:

— Я Ана, это моя подруга — Мирэ. Да, мы недавно приехали, с час назад.

Мирэ коротко кивнула, и на этом ее старания быть вежливой закончились. Впрочем, она всегда была такой: ее милую и открытую улыбку надо было еще заслужить. Некоторым это не удавалось никогда.

— Очень рад, очень рад, — все еще расшаркивался Мариус. — Вы правильно сделали, что приехали именно сюда! Тут прелестно. Не то, что эти туристические маршруты с Дракулой в главной роли. Этот «Трансильванский путь»… Нет уж, увольте. Мне нравятся дикие горы, маленькие деревни, неизведанные тропы…

Ана подумала, что Мариус напоминает их старого школьного географа: тот тоже был восторженно очарован дикой природой, каждый год собирал несколько человек и тащил их то в горы, то в леса, то на какие-то озера…

— …А вы знаете, что тут недалеко есть Окна Сибиулуй? Это купальный курорт, отсюда на юго-восток примерно километров на… Ну, в общем тут недалеко. Когда-то там были древние соляные шахты, их затопило и теперь на их месте — соленые озера. В некоторых вода совершенно черная и непрозрачная. Заманчиво, не правда ли?

Мариус болтал без перерыва, почти как их странный географ. Виктор слушал его с интересом и кивал головой.

— Больше всего мне нравится ночевать вот в таких маленьких отелях: тут тихо, можно дойти до деревни, а оттуда — в лес по ту сторону долины, а там и до озер дойти. Это если, конечно, знать дорогу. Вы одни не вздумайте идти!

Ана с Мире переглянулись: им бы в голову не пришло рвануть по горам в сторону курорта, хоть и купального. Да и что там делать? Купаться? Но, наверное, надо было тогда именно там снимать номер?

— …а потом я планирую в этом году на Фэгэрэш… — делился планами Мариус.

Ана подумала, что Мариус сейчас расскажет все свои планы на ближайший год, как он сменил тему:

— А вы знаете, что я сегодня приобрел? Не могу не похвастаться!

Он вынул из кармана штанов нож в чехле, кажется, это «ножны» называется. Чехол бы черный, из толстой кожи, с выдавленным орнаментом. Из чехла торчала рукоятка ножа, тоже весьма примечательная: оскаленная морда барса или какой-то другой большой кошки.

— Вот! — гордо сказал Мариус и вытащил нож целиком.

Сверкнула сталь, присутствующие смогли детально рассмотреть и барса, и рисунок на лезвии.

— Видите, это травление, — хвастался Мариус, — химическим способом удаляется часть металла…

— Это как? — удивилась Ана. — Разве на ноже не одинаковый металл?

— Дело не в этом, — рассказывал Мариус, обрадованный, что его приобретение вызвало интерес, — перед травлением метал для защиты покрывают специальным составом. И опускают, например, в кислоту. Раньше использовали уксус или кислоту фруктов… Тут, знаете ли много фруктов. И местные мастера сохраняют старые традиции. Нет, можно вытравливать металл и плазмой, и электричеством, но тут, в деревне Цапу, делают все по старинке. Что возможно, конечно, сделать по-старинке…

Ана и Мирэ осматривали клинок, трогали пальцем рисунок на клинке, удивлялись.

— Электричеством… — бормотала Ана

— Да ладно, девушки, зачем вам эти подробности. Но красиво же? — довольно улыбался во все усы Мариус.

— Очень красиво, — погладила Ана барса по шершавой голове. — Это кость?

— Кость, — подтвердил Мариус.

— Как вы нашли такого мастера? — Виктор тоже с любопытством рассматривал нож.

— Да я ж тут хожу по окрестностям. Приезжаю иногда пару раз в год. А то и три раза. И вот как-то увидел, что ножи продают. Так и узнал. И заказал себе нож. А потом и второй! И вот — получил! — он любовно пристроил нож обратно в ножны и убрал в карман. — Сначала я налюбуюсь им, а потом возьму в поход! Пока он для меня как новая посуда для домохозяйки: любоваться можно, а на стол каждый день ставить жалко!

— Неправда, — возразила Ана, — вот я…

Двери столовой раскрылись, на пороге появилась невысокая женщина в сером платье и белоснежном фартучке. Она вся была легкая, улыбчивая, казалось, с ней пришел запах свежего хлеба.

— Прошу вас, — мягко сказала женщина и отошла вглубь столовой.

— Каталина! — восхищенно почти пропел Мариус и покрутил кистью в воздухе: вот, мол, вот такая она… — Готовит — лучше не встречал! Вы сами увидите!

Все прошли в столовую. Ана и Мирэ устроились за одним из столов, накрытых на четверых.

— Разрешите к вам присоединиться? — Мариус уже стоял рядом и отодвигал тяжелый деревянный стул.

Мирэ критически оглядела гостя.

— Да, конечно, — согласилась она, чем несказанно удивила Ану: чтоб Мирэ, да так просто пустила за свой стол чужака? Мирэ не из таких…

— О, я тоже к вам, — схватился за второй стул и Виктор.

В столовую понемногу собирались постояльцы. Не то чтобы их было сильно много. Кроме новых двух знакомых пришли еще, видимо, муж с женой, средних лет и средней комплекции (Мариус представил их как чету Мошеску) и дама лет шестидесяти: высокая, яркая, с прямой спиной и высокомерным взглядом. Она оглядела присутствующих и прошла к столику слева у самого окна.

— Писательница! — шепнул Мариус. — Приехала сюда для уединения. У нее творческий кризис.

Ана оглянулась на писательницу: та сидела за массивным столом на четверых одна и раскладывала на коленях салфетку.

— Но я бы сказал, что она приехала не из-за уединения! — Мариус поднял указательный палец. — Я подозреваю, что она тут собирает материал для книги. Я несколько раз видел ее в деревне. Да-а-а.

— И что она делала в деревне? — спросила Мирэ. — Сказки местные записывала?

— А может и не сказки… — интриговал Мариус. — Тут, знаете ли, много чего происходило. И убийства тоже были. Это я вам точно говорю!

— Ну, убийства-то повсюду бывают, — возразил Виктор. — Не обязательно забираться так далеко от цивилизации.

— А вот и нет! Тут, далеко от большого города, и происходит самое удивительное и тайное! — Мариус сделал страшные глаза и помотал бородатой головой.

Как это было...

Бэкстейдж по Главе 2

43
Читалка

Alenari : Мрачная отчуждённая женщина лет 45. Живу одна на окраине в тёмном доме, в гости никого не звала, поэтому люди шепчутся о том, какие тайны я скрываю. Местные дети считают меня ведьмой... (На самом деле никаких тайн нет, просто стопроцентный интроверт, потерявший единственного близкого человека).

Итог:

Пассажиры были разные: вот хмурая женщина лет сорока-сорока пяти. Худощавая, со строгим профилем и прямой спиной…

…— И хорошо, что эта Адина с нами не напросилась. Она такая, у-у-у… — Иоанка покрутила головой, — в общем, Мума Пэдурий целая… — Как есть ведьма! У нас ее никто не любит. Но, конечно, не в этом смысле. А в смысле что она странная. И злая. Вечно такая мрачная ходит… И ни с кем не разговаривает.

***

Кука: я буду мечтать о велосипеде с корзинкой спереди! но у меня его не будет, дорого.

Итог:

И ведь никакого транспорта нет! Даже велосипеда! Конечно, можно попросить кого-нибудь отвезти и привезти все, что надо… Тут бы хоть велосипед купить… С корзинкой спереди, знаете?

***

Кука: винтажную статуэтку-овечку, подаренную мне моей бабушкой, которая стояла на виду у всех и сильно меня мотивировала заниматься любимым делом. Ведь именно из-за своей бабушки я полюбила выпечку и загорелась мыслью связать с ней жизнь.

Итог: (овечку заменила на оленя)

— Этого оленя она купила в Брашове, когда молодая была, это символ ее родного города, — рассказывала Иоанка. — И он всегда стоял у нее в пекарне.

— А, так это та статуэтка, — догадалась Ана. — Понятно…

— Да, эту статуэтку она так любила, так любила! — охала Иоанка. — Она всегда стояла там, на полке справа… И вот какая-то тварь ее украла!

***

Linda_M: отлично. мэр подойдет… какой он? он будет выступать на площади в честь открытия чего-то там. Чего?

Vervolph: … не замечает, что порой творится у него за спиной. Открывать он будет фонтан разумеется.... в виде фольклорных элементов

Linda_M: записала. фонтан... забыла уточнить, что это зима))

Kukabara: Он сказал, что не замечает, что за спиной у него происходит, вот и наступление зимы не заметил)) и всё равно настырно танком прёт открывать фонтан.

Vervolph: О, великолепно! Сроки горят, строители как всегда, фонтан будет кипяточек выдавать))

Итог:

— Представляешь, они фонтан открывают! В декабре!

— А что за фонтан у вас тут открывают зимой?

Иоанка немного стушевалась, но ответила:

— Так просто фонтан. Обыкновенный, на площади.

— А почему зимой-то? Весной обычно фонтаны открывают…

Каникулы в Трансильвании

Глава 2. Милая деревенская пекуха

41
Читалка

Не кафешка, конечно, но небольшой продуктовый магазинчик и какой-то киоск попались сразу. Возможно, там найдется не только булочка, но и чашка кофе.

Но она не нашлась… Нет, продукты там были. И даже булочки в киоске нашлись. А вот кофе…

— Как будто я снова в деревне у тетки, — теперь уже несколько раздраженно заметила и Мирэ. — Там тоже только огурцы, хлеб и молоко продают. И макароны. А чтоб кафе какое — нет, такого там не водится. Ну что, всухомятку будем есть или еще поищем? Все-таки туристический центр… — спросила Мирэ у Аны.

Ана удивилась: обычно Мирэ все решает сама и в советах не нуждается. Видимо, и ее расстроила такая неопределенная ситуация: мрачное небо, неизвестно как добраться до отеля, даже кафе приличного не наблюдается… А Ана-то надеялась, что методичная и последовательная Мирэ все как всегда продумала и просчитала. Но нет же!

— Я и просчитала, — оправдывалась Мирэ. — Там написано, что билеты на автобус взять заранее нельзя. Они берутся на месте. Ну, вот я к бабушке езжу в деревню — всегда покупаю билет прямо в день поездки. Но что так мало рейсов! Этого я не ожидала.

Они пошли дальше.

— Вон, вроде кафе какое-то, — показала Мирэ на симпатичное здание метрах в ста впереди. — Пошли, все равно некуда больше идти.

Ана оглядела улицу, немногих прохожих, которые с сумками шли к автостанции, или шли без сумок по тротуару неширокой улицы. Пара человек стояла у машин, припаркованных недалеко. Тихо и мрачновато. Только цветные стены окрестных домов разбавляли серость мрачноватого зимнего предзакатного неба.

— Пошли, а то времени мало, да и снег может пойти, — поторопила Мирэ.

«Это», в самом деле, оказалось небольшим кафе. Посетителей почти не было, только одна молодая женщина за столиком у окна. Рядом с ней на свободном стуле стояла плетеная сумка, больше похожая на корзину.

Они сели за соседний столик, чтоб тоже смотреть на улицу. Им просто хотелось быть рядом с живым человеком.

— Суп: 6 лей, горячее: 15 лей, самое дешевое… — читала Мирэ меню.

— Какое горячее, нам времени только на кофе хватит. Кофе и закажи.

— О, да тут просто ресторан… — разглядывала меню Мирэ. — Надо как-нибудь сюда приехать специально, чтоб посидеть спокойно.

— Прямо специально ехать, чтоб посидеть в ресторане у вокзала? — усмехнулась Ана. — Ты думаешь, что это единственное кафе в городе? И больше нас нигде не покормят?

— Ну а почему нет? Надо же попробовать то, что готовят тут. Я смотрю, тут есть очень интересные блюда…

— Я бы предпочла что-то знакомое сегодня, — буркнула Ана. — И так день непростой, не хотелось бы сюрпризов с едой…

— Девочки, а возьмите папанаси, это пончики такие, объеденье, — раздался голос с соседнего столика.

Ана и Мирэ оглянулись. Женщина лет тридцати улыбалась им совершенно детской улыбкой и тыкала пальцем на строчку в меню. — Я обещаю, не пожалеете. Я сама почти успела их рецепт срисовать! Мда… — она вздохнула. — Тут их делают лучше всех в городе. Я Иоанка, — совершенно неожиданно сменила она тему. — А вы здесь впервые? Туристы?

Ана кивнула и отвлеклась на официантку:

— Мне пожалуйста, вот это — папанаси… Они с начинкой? А с какой?

Официантка глянула, куда указывала ей Ана и проинформировала слегка сонным голосом:

— Начинка из мягкого сыра с ягодами, а сверху — творожный пончик шариком. И клубничное варенье…

— Да, мне вот его. И чай.

Мирэ тоже согласилась на пончики с сырной начинкой. Вздохнула и отложила меню: потом можно посмотреть.

Принесли чай, кофе, пончики, и надо было срочно все съесть и спешить на автобус. А то, не приведи господи, еще и на него опоздают.

На автостанции народу прибавилось. Люди толклись у касс, спешили через другие двери на площадки к автобусам.

— Смотри, это та женщина, из кафе, — Мире показала в сторону, влево, там стоял автобус. — Это наш автобус. Мы, наверное, вместе поедем.

Они и вправду поехали вместе с той женщиной. Хотя она была не намного старше их, поэтому ей вполне подходило и «девушка».

— О, привет, а вы куда едете? — радостно защебетала она, поддернув свою немаленькую плетеную сумку.

— Мы в отель «Вилла Мария», — вздохнула Ана. — Только мы не знаем еще, где он и как добираться. Нам сказали, на такси можно. Но мы вот, пока на автобусе…

— А и правильно, что на автобусе, — кивнула Иоанка, — так же дешевле! А где отель, я вам скажу. Сначала мы приедем в Копша-Мику, потом на такси до моей деревни, а вам чуть дальше по дороге. Это совсем недалеко, когда нет метели, можно легко и пешком дойти, а через нашу деревню иногда и автобусы ходят… — щебетала Иоанка, — Так что приходите ко мне в магазин, — закончила она внезапно.

Ана уже стала привыкать, что Иоанка заканчивает свою болтовню совершенно неожиданно.

Мирэ, однако, выхватила из этой радостной болтовни самое главное:

— Вы хотите поехать на такси с нами? — осторожно спросила она Иоанку.

— Конечно! Это ж дешевле. И потом, кто еще покажет вам деревню?..

Ана вполуха слушала Иоанку, поглядывая на автобус и пассажиров. Пассажиры были разные: вот хмурая женщина лет сорока-сорока пяти. Худощавая, со строгим профилем и прямой спиной. Вот какая-то бабка с огромными сумками. Пара мужиков…

— Представь, как нам повезло,— отвлекла ее Мирэ, — Иоанка проводит нас, а еще в деревне есть классная пекарня, и она говорит, что готовят в отеле хорошо, она лично знает повариху.

Ана удивленно глянула на радостную Иоанку.

— Да-да-да, — закивала та головой. — Вам понравится. Не знаю, как вас занесло к нам, но кормят тут точно хорошо! Правда, шеф-повар там… Ну, неважно, вы его и видеть-то не будете, — снова заулыбалась она. — А вот и наш автобус, пошли поскорее, тогда еще и сидячие места успеем занять. Здравствуй, Адина! — кивнула она той самой мрачной женщине, — А в «Марии» новые гости!

Мирэ с Аней переглянулись: Иоанка что, собралась представлять их всем местным жителям?

Адина, видимо, тоже сочла это излишним, так как ее недовольный взгляд скользнул по подругам, плавно перетек на Иоанку, а потом на двери автобуса.

— Я очень рада, — холодно сказала она автобусным дверям и вошла в автобусное чрево.

Иоанка подмигнула подругам и тоже заторопилась занять свободные сидячие места. Мирэ с Аней потащили свои чемоданы к автобусу.

— Вот и приехали, — Иоанка, болтавшая всю дорогу, ничуть не выглядела уставшей. Терминатор какой-то.

А вот Мирэ выглядела смертельно уставшей. Она вообще не особо любила компании, а уж случайные и такие болтливые — тем более.

Зато они узнали много интересного и про отель, и по деревню, и про местные достопримечательности.

— Очень сложно управлять пекарней, знаете ли, — сокрушалась Иоанка. — Одной-то… И ведь никакого транспорта нет! Даже велосипеда! Конечно, можно попросить кого-нибудь отвезти и привезти все, что надо. Конечно, можно. Вот и Мирче возит. Иногда и Тони, и Василе. Но все это не то! Конечно, машину бы хотелось. Но денег нет совсем. Тут бы хоть велосипед купить… С корзинкой спереди, знаете?

Ана и Мирэ знали. Но не понимали, как это поможет с бизнесом.

— А вот так и поможет: я бы и доставку делала! — вздыхала Иоанка. — Тут мало кто сам доставляет. В город все ездят. А на велосипеде раз! И доставил!

Ана и Мирэ переглянулись: сомнительно, но ладно.

— Конечно, я опасаюсь воров… — продолжала страдать Иоанка.

— А что, тут и воры есть? — встрепенулась Ана. Еще не хватало! Мало того, что дыра деревенская этот отель, еще и воры!

— А где их нет? — философски изрекла Иоанка и вздохнула — А ведь у меня украли бабушкину статуэтку!

— Как украли? — опешила Ана. — Где? В дом залезли?

Иоанка еще раз горько вздохнула:

— В пекарне. Моя бабушка владела пекарней. А потом она досталась мне. И этот олень… Он помогал мне.

— Какой олень? — снова не поняла Ана. Мирэ предпочитала молчать и не пытаться разобраться в путаных Иоанкиных речах.

— Который бабушкин, — пояснила Иоанка.

Ана хотела снова что-то спросить, но передумала.

— Этого оленя она купила в Брашове, когда молодая была, это символ ее родного города, — рассказывала Иоанка. — И он всегда стоял у нее в пекарне.

— А, так это та статуэтка, — догадалась Ана. — Понятно…

— Да, эту статуэтку она так любила, так любила! — охала Иоанка. — Она всегда стояла там, на полке справа… И вот какая-то тварь ее украла!

— Может, кто-то из деревенских? Предположила Ана. — Может, давно присмотрел и нашел время прикарманить?

— Да нет, — мотнула головой Иоанка. — Она там стояла еще до моего рождения. Деревенские давно бы утащили. Кому она нужна-то? Нет, это чужие. И как раз в это время у Родики из кассы деньги утащили! Это кто-то посторонний.

— Не обязательно, — подала голов Мирэ. — Это вполне мог быть и деревенский. Мало ли, может, у человека внезапно появились финансовые проблемы. У кого в деревне появились финансовое проблемы в последнее время, Иоанка?

Иоанка вытаращила глаза и оглядела автобус. Покачала головой:

— Ни у кого, у меня только. Может, еще у Лучии… Она работу бросила.

— Ну вот, — удовлетворенно кивнула Мирэ, — вот тебе и кандидаты… Ой.

Иоанка хмуро глянула на Мирэ:

— А статуэтку-то зачем воровать? Ладно деньги… И что, я сама у себя украла?

— А это для конспирации, — решительно мотнула головой Мирэ.

— А зачем тогда я вам это сказала? — спросила Иоанка. — Сама же сказала, вы меня не спрашивали. Зачем, а?

Мирэ не смогла ответить на вопрос, Ана тоже предпочла не разворачивать тему и перешли к прежним темам: куда можно обратиться по поводу экскурсии, а куда лучше не обращаться.

— Я ничего не запомнила, — простонала Ана, — надо было записывать.

— Да не надо ничего записывать! — воскликнула Иоанка, — давайте обменяемся телефонами, и звоните мне в любой момент!

Они вышли из автобуса.

— Идемте-идемте, — внезапно заговорила шепотом Иоанка, — я знаю тут одного таксиста… Надо спешить, а то она вперед нас его наймет, — Иоанка глянула в сторону хмурой… как ее там? Адины?

Они прошли через маленькую автостанцию. Иоанка практически за руку вытащила их на улицу.

Вот это точно была деревня: пара двухэтажных домов, одноэтажные. Мимо автостанции по дороге меланхолично ехал мужик на телеге, лошадь понуро брела по присыпанной снегом дороге. Тучи, кажется, стали тяжелее и серее.

— Вон он! — Иоанка быстро пошла в сторону одиноко стоящей у тротуара машины.

Ана с Мирэ торопились за ней, с трудом перетаскивая свои чемоданы через бордюры и ямки на дороге.

— Смотри! — внезапно остановилась Мирэ около какого-то столба. — Не может быть! В декабре?!

Ана подошла ближе и глянула на столб, так удививший подругу.

— Что тут?

— Представляешь, они фонтан открывают! В декабре!

— Да, небось объявление старое, — отмахнулась Ана и устало побрела дальше за Иоанкой.

— Да как оно может быть старым, оно бы от дождя и снега размокло. И вообще, листочек выглядит как новый.

Ана пожала плечами: мало ли что тут происходит, тем более, что…

— А может, правда говорят, что тут привидения есть? И оборотни…

— Ага, — усмехнулась Мирэ, — и вампиры с ведьмами. А чего ты про привидений вспомнила?

— Странно у них тут как-то. Вон та, которая Адина, она на ведьму, между прочим, похожа. — Ана поискала глазами хмурую женщину: та тоже уже вышла с автостанции и теперь стояла у края дороги и оглядывалась: искала такси?

— Или на школьную учительницу, — пожала плечами Мирэ. — Идем, вон, Иоанка нам машет рукой.

— Ехать недалеко, минут десять, — обнадежила их Иоанка, когда она загрузились в такси. — И хорошо, что эта Адина с нами не напросилась. Она такая, у-у-у… — Иоанка покрутила головой, — в общем, Мума Пэдурий целая.

— Я тебе говорила! — зашипела Ана в ухо Мирэ, — это ведьма!

— Как есть ведьма! У нас ее никто не любит. Но, конечно, не в этом смысле. А в смысле что она странная. И злая. Вечно такая мрачная ходит… И ни с кем не разговаривает. Потому и говорят, что она ведьма. Да нет, конечно, — махнула рукой Иоанка и демонстративно стала смотреть в окно.

— На пустом месте слухи не рождаются, — попыталась Ана подтолкнуть Иоанку к разговору.

— А, наверное. Там что-то такое было…

Мирэ ткнула Ану в бок. Ана вздохнула и сменила тему:

— А что за фонтан у вас тут открывают зимой?

Иоанка немного стушевалась, но ответила:

— Так просто фонтан. Обыкновенный, на площади.

— А почему зимой-то? Весной обычно фонтаны открывают…

— Там такое дело… В общем, так получилось. Знаете, не всегда так получается, как задумали. Вот и тут не получилось. То есть получилось, но позднее. В общем — открывают, и хорошо, рубанула воздух рукой Иоанка. — И вы сходите на открытие: там весело бывает. И концерт какой-нибудь, и сувениры всякие. И может даже от мэрии угощение. Мэр у нас хороший, добрый. Поэтому и фонтан зимой… — непонятно закончила Иоанка и загрустила.

— А еще на что тут можно посмотреть? — отвлекла ее от неизвестной грусти Мирэ.

— Так тут много всего, я сейчас расскажу…

За следующие десять минут подружки снова прослушали лекцию и про экскурсии, и про отели, узнали про местные страшилки… И что оборотни чуть ли не по улицам рыщут, и что как метель — так это значит нечистая играет, и что, вероятно, самая наиглавнейшая ведьма живет у них в селе, и она, Иоанка, может девчонок с ней познакомить! Да они видели ее в автобусе! Адина Албу!

Иоанка развеселилась, шутила и хохотала.

— В наших краях — сплошь нечистая сила, потому сюда все и едут. А вы разве не за этим к нам приехали?

— Нет, — пожала плечами Мирэ. — Мы просто хотели посмотреть на старинные замки. На горы. А то живем в городе и не видели ничего.

— Странно, — недоверчиво оглядела их Иоанка. — Тогда все останавливаются в Брашове, или в Сигишоаре. Ну, в крайнем случае, в Сибиу. Но ехать в отель в горах, до которого и не добраться — это для особых случаев. У нас или совсем нелюдимые останавливаются, или вот прямо туристы, которые по окрестным горам лазают, а потом едут на другую гору лезть. Ну, или приезжают за всякими жуткими историями. А у нас тут тебе любой историю расскажет. Приходите ко мне в пекарню да поговорите с кем угодно — и такое понарасскажут! Приходите-приходите, сами узнаете.

Как это было...

Бэкстейдж по Главе 1

49
Читалка

А теперь как это было… По главе 1. Вначале — предложения лиспубликанцев, потом — итог, как это нашло отражение в книге. Чтоб было понятно, куда и как идут ваши слова, шутки с случайные фразы из флуда (самое основное! Может, кто-то еще что заметит)

***

Штрудя: разрешаю прибить меня хоть в первой сцене!!!)))

Кука: Прибью тебя, видимо, я? Пока вывеску буду вешать в виде бублика?

Штрудя: хотя можно детектив и с трешачка начать)) готова быть раздавлена птицыным бубликом!!!))))

Итог:

— Ты хотела меня убить! — прижимая руки к груди и с ужасом в глазах верещала Каталина Урсу — повариха из местного отеля, того, что на горе...

...— А нечего ходить тут, я же повесила предупреждение, что вывеска качается! — Иоанка ткнула пальцем в болтающийся на ветру листочек бумажки: он был приклеен скотчем к входной двери и в данный момент весело болтался на ветру.

***

Кука: хозяйка местной булочной, одинокая девушка примерно моего возраста (~30)

ко мне часто заходят люди как за покупками, так и просто попиздеть, соответственно, почти со всеми жителями знакома. в силу этого мимо меня не проходят и всякие сплетни, секреты…

…

Кука: тут я пока просто бедное и болтливое :D

ну и в плане внешки вижу себя пухленькой. и невысокой

…

Штрудя: буду булошницей у @Kukabara!!!

Линда: Предлагают всё же отель. Такой аутентичный, семейный, в глубинке Трансильвании.

…

Штрудя: веселая, хохотучая, немного вредная, как я короче))

Линда: Кухарка в отеле, а?

Итог:

Они были чем-то похожи — Каталина и Иоанка. Обе невысокие, пухленькие. Только Каталина слегка постарше и с двумя сыновьями. Иоанка была не замужем, как-то никто еще не успел попасться в ее гостеприимные руки. Обе занимались исконно мужским делом: одна держала пекарню, вторая работала поваром. А это, как известно, мужские профессии. Характерец у дам был тоже похожий: хохотушки, веселушки, но ровно до того момента, как кто-то не рискнет перейти им дорогу. Тогда берегись, неосторожный: разнесут так, что перья по деревне полетят.

***

Линда: А с кукой будете подружки и будете соперничать всё же по рецептам. Будете то и дело друг дружку пытаться развести на секретный рецепт

Штрудя: согласна!! как Мистер крабс и Планктон)))

Итог:

Но была у них обеих страстишка: секретные рецепты. Регулярно, минимум по одному разу зимой, весной, летом и осенью они обвиняли друг друга в краже рецептов. Или всеми силами пытались вытянуть друг из друга рецептуру какого-нибудь пирога.

***

Кимпоком: Возможно мой герой …помогает народу чем может, что-то починить или подсказать. Старается поддерживать со всеми хорошие отношения…

Итог:

Василе поморщился: сам он был мужик мастеровитый, и такое отношение к имуществу его немного коробило. А ведь он еще в прошлом месяце, перед самыми ветрами, советовал Иоанке укрепить ее скрипящую вывеску… Нет, надо все же самому повесить вывеску, и повесить как следует, чтоб не упала не то что от ноябрьских и декабрьских, а и от мартовских ветров! Да, он займется этим сам, как-нибудь убедит Иоанку починить вывеску немедленно.

***

Саня: Толстоват, лысоват, мучаюсь отдышкой, в связи с чем принял волевое решение каждый вечер гулять с собакой. Собаку зовут Лютик в честь барда Лютика из серии книг Сапковского. Порода пса - чихуа. Толстый, маленький, злобный, но хозяина любит безоглядно.

Итог:

Тадеуш, ранняя пташка, как обычно, прогуливался со своей собакой по улице, когда все и случилось.

***

СергейРу: Турист - это такой дядька, слегка за 50. Повидавший виды, но ещё бодр, бородат, энергичен. Рюкзак, трекинговые палки, шикарные трекинговые ботинки. Умеет делать всё. Ну практически всё. И весь инструмент - это его походный нож.

Итог:

Сверху спускался дядька лет пятидесяти. Крепкий, бородатый и в крепких кожаных ботинках на толстом ходу.

…Мариус напоминает их старого школьного географа: тот тоже был восторженно очарован дикой природой и каждый год собирал несколько человек и тащил их то в горы, то в леса, то на какие-то озера…

***

Кимпоком: Чего вывеску не починила? Говорил же... теперь без пирога остался

Кука: Будет пирог! Обязательно будет!

*стыдливо прячет глаза*

…

Кука (Кимпокому): поэтому пошли чай пить с мясными рулетами, ещё чонить расскажешь))

Итог:

Ему не повезло, как раз когда Иоанка взяла у него деньги и собралась приготовить его традиционную чашку и подать к кофе пирог с дымоходом (сегодня, в четверг — начинка будет из шоколадной стружки с миндалем), разразилась ссора.

P.S. Пока такой формат. если будут предложения - очень хорошо.

P.P.S. Огромное спасибо @Kukabara за помощь в подготовке публикаций и миллион предложений, как все сделать удобнее))

P.P.P.S. А также принимаются предложения по названию детектива.

Каникулы в Трансильвании (примерное название)

Глава 1. Здравствуй, Трансильвания!

44
Читалка

Утро в деревне Цапу началось со скандала: Тадеуш, ранняя пташка, как обычно, прогуливался со своей собакой по улице, когда все и случилось.

— Ты хотела меня убить! — прижимая руки к груди и с ужасом в глазах верещала Каталина Урсу — повариха из местного отеля, того, что на горе.

Ну, как отеля… Семейное дело, которое вот-вот отдаст концы. А как их не отдать? Год от года коммунальные платежи растут, а туристы не торопятся посетить мелкий семейный отель в горах. Тем более, что и автобусы сюда не ходят.

Конечно, никто не хотел, чтоб отель закрылся. Кто-то из местных работает там. Да вот хоть Каталина. Или, к примеру, старый Драгос — он там садовником работает. А Иоанка, например, поставляет туда свежий хлеб и булочки. Да что там — и пирожные тоже, если поступал заказ лично от хозяйки.

Как раз эта Иоанка, по мнению Каталины, и планировала ее убить. Вывеской.

— А нечего ходить тут, я же повесила предупреждение, что вывеска качается! — Иоанка ткнула пальцем в болтающийся на ветру листочек бумажки: он был приклеен скотчем к входной двери и в данный момент весело болтался на ветру.

— А там не видно! — резонно возразила Каталина и тоже ткнула пальцем в трепыхающийся листочек.

Они были чем-то похожи — Каталина и Иоанка. Обе бойкие, самостоятельные. Только Каталина слегка постарше и с двумя сыновьями. Иоанка была не замужем, как-то никто еще не успел попасться в ее гостеприимные руки. Обе занимались исконно мужским делом: одна держала пекарню, вторая работала поваром. А это, как известно, мужские профессии. Характерец у дам был тоже похожий: хохотушки, веселушки, но ровно до того момента, как (пока?) кто-то не рискнет перейти им дорогу. Тогда берегись, неосторожный: разнесут так, что перья по деревне полетят.

Но была у них обеих страстишка: секретные рецепты. Регулярно, минимум по одному разу зимой, весной, летом и осенью они обвиняли друг друга в краже рецептов. Или всеми силами пытались вытянуть друг из друга рецептуру какого-нибудь пирога. Сегодняшнее столкновение знаменовало начало зимнего противостояния.

— Все там видно! — не сдавалась Иоанка. — Не видишь что ли, вывеска шатается? Куда ты лезешь? Она уже неделю шатается, — Иоанка несколько осуждающе глянула в сторону Василе Апостола: он сидел в магазинчике за столиком и ждал кофе.

Ему не повезло, как раз когда Иоанка взяла у него деньги и собралась приготовить его традиционную чашку и подать к кофе пирог с дымоходом (сегодня, в четверг — начинка будет из шоколадной стружки с миндалем), разразилась ссора.

Василе едва успел сесть за стол, как за окном раздался неясный звук и потом крики Каталины: на нее упала вывеска Иоаниной пекарни. Василе поморщился: сам он был мужик мастеровитый, и такое отношение к имуществу его немного коробило. А ведь он еще в прошлом месяце, перед самыми ветрами, советовал Иоанке укрепить ее скрипящую вывеску. Но эта безалаберная Иоанка… Скорее бы уже мужа нашла, уж мужик-то не позволил бы вывеске просто свалиться на голову заказчика. Ну, то есть заказчик — хозяйка отеля, а Каталина просто пришла забрать булочки к завтраку посетителей отеля. И тут такая неприятность… Нет, надо все же самому повесить вывеску, и повесить как следует, чтоб не упала не то что от ноябрьских и декабрьских, а и от мартовских ветров! Да, он займется этим сам, как-нибудь убедит Иоанку починить вывеску немедленно. Вон, смотрит на него через окно. Вспомнила, что он ей говорил месяц назад? То-то же!

Каталина подняла со снега свою корзинку. Хвала всем святым, она была пустая. Каталина не успела еще забрать заказ, а тут такая неприятность! Это все потому, что Иоанка не может простить Каталине те пончики… Ну, ничего, Каталина отомстит!

— Давайте, я вам помогу, — ранняя пташка Тадеуш аккуратно взял Каталину под локоток и помог выпрямиться. Мелкий песик Лютик суетливо вертелся под ногами.

— Господи, уберите этого… Вот его… Лютика, а то он мне под ноги бросается. Я и так сегодня вся на нервах, — ворчала Каталина, поправляя шубку и платок на голове. — И это только утро! Никаких моих сил не хватит… — И она, поджав губы, осуждающе оглядела Иоанку с ног до головы: та выскочила на улицу, как была: в кофточке и фартуке и теперь начинала уже дрожать от холода. — Так и будешь стоять? А заказ мне кто отдаст?

Иоанка засуетилась и открыла дверь в магазинчик, пригласила Каталину, подождала, пока повариха, потопав красными полуботинками и отряхнув их от снега, прошествовала внутрь помещения. Потом пригласила и Тадеуша:

— Проходите, прошу вас.

Но галантный Тадеуш шаркнул ножкой, пропустил в теплое нутро магазинчика сначала хозяйку, подхватил лютика и только потом зашел следом сам.

Утро в деревне Цапу потекло своим чередом.

Ана Гроссу смотрела в окно поезда и немного злилась. Отпуск только начался, а уже столько проблем. А она-то планировала просто отдохнуть, просто расслабиться, просто ни о чем не думать и оттягиваться где-то подальше от родного города.

Иногда нужна такая перезагрузка. Иначе мозги закипят, а на сердце ляжет грусть.

Ана вздохнула: грусть и так слишком часто ложится на ее сердце. Такая она чувствительная натура, что тут сказать. То начальство расстроит, то мама выскажет свое ценное, но неуместное мнение, то жених бросит. И так всю ее недолгую жизнь. И так хочется уехать далеко-далеко, туда, где все другое, все неизвестное, таинственное и красивое… То есть, в дальние страны уехать. Вот и порт рядом — плыви за море, в другие страны.

Самое обидное, что при таких прекрасных возможностях за всю свою жизнь Ана дальше Бухареста не была. Как-то все не приходилось выезжать из родного городка. Все как-то занята.

А тут отпуск. И не просто отпуск, а одновременно с ее лучшей подругой, Мирэ. И что, сидеть дома?

Долго спорили, куда поехать. Время зимнее, куда можно податься? Тем более, с их зарплатой. Нет, им хватало на жизнь, но ехать, к примеру, на другой конец света несколько затруднительно. Да и страшновато. Решено было для начала по своей стране поездить. А то всякие иностранные туристы просто толпами ездят, а они нет! То есть эти туристы наслаждаются красотами и старинными замками, а они так и сидят в своем порту, в своей Констанце.

Нет! Так решительно заявила Мирэ. Она девушка вообще решительная, хоть и музыкантша. А может, все музыканты такие? У Аны больше не было знакомых музыкантов, и сделать правильные выводы она не могла.

Спорить с Мирэ себе дороже, и Ана согласилась прокатиться по стране, пожить в каком-нибудь шикарном отеле…

— Никаких шикарных отелей! — возразила Мирэ. — Это слишком дорого и скучно. Мы поселимся где-нибудь в небольшом отельчике в горах или на озере, чтобы утром в окна заглядывали сосны и облака…

Мирэ вообще была натура романтическая. Что не мешало ей иметь железную хватку и логику. А без железной хватки музыкантам никак: и инструмент надо держать крепко, и микрофон. Это Ана может безнаказанно выронить, например, мышку компьютерную из рук. И ничего не случится: у любого айтишника всегда есть запасная мышка. А вот если певица на концерте выронит микрофон… Много неприятностей может случиться. Или если, допустим, гитару выронит или арфу… Или нет, арфу как она выронит? Арфа же сама крепко стоит на полу.

Ну, неважно. Артистам нужно ухо держать востро. И слабостей не допускать. А то голос дрогнет и ноты не те посыпятся.

Вот и взяла Мирэ все в свои крепкие концертные руки: сама забронировала отель, сама рассчитала, как они будут добираться, сама заказала билеты.

И вот они едут в поезде. И Ана немного злится: она узнала, что они едут в деревню… Да, вот такой отпуск! И нет, чтобы раньше сказать! Эта хитрая Мирэ до последнего не говорила, где же, черт его побери, эта «Вилла Мария» (красиво-то как!) располагается. Ане и в голову не приходило, что это в самой настоящей деревне – в Цапу.

— Это прелестное место, посмотри фотографии, — убеждала Мирэ. — Это дворянский особняк конца девятнадцатого века (в стиле неоклассицизм), — зачем-то уточнила Мирэ, как будто Ана могла отличить простой классицизм от этого нео-… — …который принадлежал местной венгерской семье, — продолжала читать описание Мирэ. — Вид из окон — на холмы, пастбища и средневековую цитадель. Вот, это то, что нам и надо было. И отель не какая-то там пластиковая хижина, как сейчас строят, и вид из окна замечательный, а не как у тебя — на соседнее серое здание. Хоть глаза отдохнут на природе.

И Ана посмотрела на фотографию в рекламном проспекте: действительно, вполне себе красивое здание, как будто в сказке, а вокруг горы, из окна видна река. Все выглядело идеально.

А оказалось в деревне…

Ана не знала, на кого конкретно злиться: на этих хозяев отеля, которые так расписали свой медвежий угол, что он стал похож на модное место тусовки всех отпускников. Или это Мирэ виновата, что не проверила как следует отель? А может и проверила, да не сказала? Может, она сама хотела в тишине отпуск провести, потому что громкие звуки на работе ей надоели, и душа требовала тишины?

Или саму себя винить, что заранее не поискала информацию в интернете об отеле, а опомнилась только на вокзале в Бухаресте, когда надоело сидеть и ждать поезда, и руки сами полезли в телефон пошарить на предмет фоточек отеля? Реальных фото, а не рекламных… Тогда уж поздно было домой возвращаться, пришлось ехать дальше.

Что теперь думать об этом. Они едут в отпуск в деревню — и точка. Вот и обещанные красивые пейзажи за окном. Трансильвания. Страна легенд и оборотней.

Ана вздохнула. За окном пролетали горные склоны, заснеженные долины. Яркое солнце, яркое небо, снег искрится. Пока все выглядело и вправду сказочно и оптимистично.

В три часа дня поезд прибыл на конечную станцию их путешествия. Дальше только местный автобус или такси.

Они выгрузились из вагона и осмотрелись.

— Деревня начинается прямо тут… — грустно констатировала Ана.

Станция была небольшой. Почти сразу справа и слева тянулись дома, невысокие, двухэтажные, но веселенькие: все были выкрашены в желтый, розовый и зеленый цвет.

— Пошли думать, как добираться дальше, — вздохнула Мирэ. — Нам надо узнать, где автостанция и едет ли автобус хотя бы до Копша Мики, а там и на такси можно.

— А почему сразу на такси нельзя? — вредничала Ана.

— Ну, давай, я ж не против. Давай сразу потратим все наши деньги и будем кататься везде на такси!

У входа в здание вокзала наблюдались подозрительные личности.

— Фу, и здесь бомжи, — наморщила носик Мирэ.

— Какие же это бомжи? — Ана повела носом. — Тут и не пахнет. Мне кажется, он устали и спит. Ждет поезд.

— Очень даже пахнет! Перегаром, — снова брезгливо дернула плечом Мирэ и оглядела двоих из кафе, они как раз проследовали мимо, покачиваясь и о чем-то споря. — Это обыкновенные пьяницы. Они, наверное, на любом вокзале есть. И почему им позволяют пугать граждан?

— А ты напугалась, что ли? — похлопала глазками Ана. Уж она-то знала подругу и подозревала, что не всякий бомж и пьяница могут ее напугать. Скорее, Мирэ в гневе способна распугать небольшое собрание пьяниц.

В кассе на вокзале ничем их обрадовать не смогли: электричек в сторону Копша Мики сегодня не ожидается. А зато может быть автобус, автостанция тут недалеко. Но, может, вы уже и опоздали, так сказала меланхоличная кассирша. Обычно автобус в половине четвертого уходит. А вот на площади есть такси, это сколько угодно. Но договориться о цене надо заранее.

Вышли на привокзальную площадь. Огляделись: да уж, малолюдно и мрачно. Но Мирэ пыталась сохранить оптимизм:

— И ничего страшного. Наверняка, это окраина, кто ж делает вокзал в центре города? Зачем-то туристы же сюда приезжают? Да к тому же и зима…

— Вот именно — зима. Может, тут вообще все зимой закрыто?

— Не нагнетай. Идем.

— Они за этим и приезжают, — не успокаивалась Ана, таща за собой чемодан на колесиках. — Написано же: «окунитесь в романтику румынской глубинки». Вот они тут и окунаются. Надоели им города — вот и едут, как мы, в село. Но они-то хоть знали, зачем сюда едут…

— Ладно, хватит ворчать, — прервала подругу Мирэ. — Идем.

Сели на маршрутный автобус, как сказала кассирша, и скоро добрались до автовокзала. Вот оно, это розоватое здание, почти рядом с остановкой (какой-то сплошь розоватый город!): вот навес, где ждут селяне с сумками, вот автобусы, вот окошко в стене с надписью «касса».

— Автобус на посадочной площадке, отправится через час, — равнодушно сказала кассирша, взяла деньги и выдала билетики.

— Вот теперь можно пойти и перекусить, неизвестно, покормят ли нас сегодня в отеле, мы черт знает когда туда приедем, — Мирэ спрятала билетики в карман сумочки, взялась за ручку чемодана. — Ну, тут недалеко, я думаю. У вокзалов всегда есть какие-нибудь столовые и кафешки.

Детектив на общественных началах

Предисловие

51
Читалка

Итак, сограждане, свершилось.

То, что 30 декабря казалось нетрезвым бредом, сегодня обрело форму. Сегодня я начинаю публикацию первых глав детектива.

Напомню: «Не упустите шанс стать героем детектива».

Я предлагала каждому желающему: «Каждый может сам себе персонажа сочинить. Я подумаю, как его можно вписать в историю. Если получится — впишу. Можно предлагать странных, чудных, психически нездоровых, нелюдимых — кого угодно».

И, надо сказать, некоторые откликнулись. И написали себе персонажей.

Что вошло в книгу? Да много что. Как минимум по первым главам будут бэкстейджи непосредственно с текстом из самой главы. А там видно будет, формат еще не определен.

Итак, персонажи и кратко их характеристики. То, что в кавычках – прямая речь прототипов)) То есть тех, кто придумал себе этот персонаж.

Сначала те, кто в ОТЕЛЕ:

@moortnelis — Ана Гросу, девушка лет двадцати трех-двадцати четырех, невысокая, с большими глазами и выкрашенными в красный цвет волосами. Работает в айти-сфере. Однако, техническая профессия никак не отразилась на характере: Ана романтична, эмоциональна, не всегда готова принять важное решение. Несколько робка, но любопытна. Физические упражнения, спорт — это не территория Аны. Ана любит книги и комфорт.

@SergeyRY — турист Мариус Лупу. «Это такой дядька, слегка за 50. Повидавший виды, но ещё бодр, бородат, энергичен. Рюкзак, трекинговые палки, шикарные трекинговые ботинки».

@Aid314 — Михей Кодряну, шеф-повар в отеле. Невысокий, коренастый, черноглазый и черноволосый с серьгой в ухе. Пузатенький, лет 45 (было представлено изображение).

@BespiriL — Драгос, старый садовник в отеле, живет в деревне. Высокий костистый угрюмый мужик в безрукавке на меху, лет 65. У него лучшее в деревне сало. Все видит и все знает.

@GGtsune — Флориан, турист. Молодой человек, общительный и доброжелательный . Темноволосый.

@NeGGaaa — Родион, улыбающийся молодой человек, высокий, русые волосы, турист.

@talk.about — Сильвия, дама в годах, писательница. Часто гуляет по окрестностям, куда-то пропадает.

ДЕРЕВНЯ ЦАПУ:

@Kukabara — Иоанка Болбочана (то есть в переводе - болтливая). Хозяйка местной булочной, одинокая девушка возраста ~30. «Ко мне часто заходят люди как за покупками, так и просто попиздеть, соответственно, почти со всеми жителями знакома. В силу этого мимо меня не проходят и всякие сплетни, секреты... Ну и в плане внешки вижу себя пухленькой. И невысокой".

@AlNiKo — Поляк Тадеуш, «Переехавший (в Румынию) так давно, что уже и сам себя почти считаю румыном. Толстоват, лысоват, мучаюсь отдышкой, в связи с чем принял волевое решение каждый вечер гулять с собакой. Собаку зовут Лютик в честь барда Лютика из серии книг Сапковского. Порода пса - чихуа. Толстый, маленький, злобный, но хозяина любит безоглядно".

@etoshtrudel — Каталина Урсу, лет 33, «повариха в отеле, веселая, хохотучая, немного вредная».

@Rian — Родика Ионеску, «старая дева лет 30-40, синий чулок, весьма любопытная, все как полагается. Шапокляк» Держит магазин и цех по производству солений.

@Alenari — Адина Албу. «Мрачная отчуждённая женщина лет 45. Живу одна на окраине в тёмном доме, в гости никого не звала, поэтому люди шепчутся о том, какие тайны я скрываю. Местные дети считают меня ведьмой…».

@Brainy — Тони Думитраке. Деревенский скульптор. Среднего роста, 35 лет, среднего телосложения с хитрыми глазами (было представлено изображение героя фильма - деревенского скульптора, под именем Тони).

@kimpokom — Василе Апостол, староста деревни. «Возможно мой герой такой худощавый, высокий мужчина с легкой улыбкой», физически крепкий, короткие темные волосы, лицо длинное, нос прямой, с легкой улыбкой, лет 35".

@Alida — Лучия Мыцык. «32 года, девушка - дочь осевшего румынского цыгана и Гуцулки рожденная на территории восточной Украины. Циничная. Со стороны кажется недружелюбной и едкой, но на самом деле очень душевная искренняя и привязчивая. Любит людей».

@Moonshine — Мирче Унгуряну. Высокий, костистый, немного неуклюжий, очень коротко стриженый. Делает фигурки из металла и ножи, имеет сыроварню.

@jewellerpotato — Лонуц, "готова быть подмастерьем садовника, примусы починять". Высокий худой парнишка лет 17. Темноволосый, лицо узкое, делает кожаные украшения, продает в городе, подрабатывает в отеле.

@Linda_M ─ Дойна , мать Василе Апостола. Бабка лет 70-75, в черной одежде, темно-зеленом платке, злая, вечно недовольная, толстоватая.

МАЛЕНЬКИЙ ГОРОДИШКО:

@vervolph — Штефан Бурча мэр, «мэр этого захудалого городишки. Педант». Мужичок приятной пухлости, в верблюжьем драповом пальто и шляпе. Лицо розовощекое и недовольное. Брови сурово сдвинуты. На шее оранжевый с рисунками шелковый шарф.

@Colonel_Brom — Думитру Апостол. «Я буду местным полицейским или начальником захудалого полицейского участка:). Имя Димитрий. Высокий, худощавый. Достаточно неприятный и высокомерный. Хорошо ладит с мэром:) Свою работу выполняет ревностно, но может быть слишком самоуверенным или упёртым и упускать какие-то важные детали. Малообщителен, поболтать может разве что с хозяйкой булочной. Ей может и лишнего сболтнуть!))»

@NapalmRain — Николае Брическу. Художник. «Возраст: 25. Активный, работает художником оформителем (плакаты, стенгазеты, объявления). Чуть эксцентричный».

@Pepels — Доктор Брынски. «Пусть будет 50 лет, бросил курить, одинокий, предпочитает коньяк, слушает джаз, шутит по-черному, не любит детей, дома держит попугая, ленивый». (К сожалению, далеко не все описанные качества нашли отражение в книге. Но, надеюсь, всё впереди…)

@SergeyRY — столяр Пауль. «Руки крепкие, натруженные, платок на шее, темно-зеленая тирольская фетровая шляпа с пером, крепкие ботинки с кантами».

А ТАКЖЕ:

@NeGGaaa — полицейский дрон РД-1Г (РоДион-1-й Голубь), «сказал, что хочет быть голубем-дроном у Линды в книжке»

@vervolph — пёс Василе Апостола, пока пусть будет просто пёс по «имени Гуляш, потому что гуляет сама по себе».

@rammdarkfunny — кот бабки Дойны, дикий и злой.

А вот и общий портрет почти всех участников. Уж самых активных — точно. Огромное спасибо @Shingatsuru что позволил нам не только почитать, но и посмотреть на жителей этого миленького уголка провинциальной Румынии)Ищите

Ищите себя! Все основные герои тут (почти)
Ищите себя! Все основные герои тут (почти)

Спасибо все, кто принял активное участие в написании детектива. Флудеры, без вас было бы не так весело и интересно. Сами знаете, кто тут больше всех наболтал. А кто не знает — узнаете чуть позже. Если оно, конечно, вам надо…

ОБРАЩЕНИЕ

сердечная просьба

50

Уважаемый @Shingatsuru

Примерно с понедельника начинается, наконец, выкладка готовой книги.

Если кто еще не в курсе: с прошлого нового года мы совместными усилиями пишем детектив. Сначала выбирали себе роли, характеры. По возможности я все это вписала в текст.

Потом выкладывала некоторые куски текста с указанием, кто попал в этот отрывок. Это можно посмотреть у меня на странице в серии «Детектив на общественных началах».

Под этими постами начиналось обсуждение и того, что было в тексте, и вообще — болтовня. И из этой болтовни я тоже писала многое в сюжет))

Что и как из общих разговоров попало в книгу, мы предполагаем осветить отдельно – планируется бэкстейдж. Конечно, туда попадет далеко не все! А то получится еще одна полновесная книга.

Книга здесь будет выложена не вся — только несколько глав. Потом я дам ссылку тем, кому интересно, на всю книгу.

Вы, уважаемый @Shingatsuru , сделали, так сказать, общий портрет действующих лиц на фоне гор и деревни. и это было потрясающе! Планируется, что этот общий портрет появится в первом же отрывке.

Но не могли бы вы сделать иллюстрации к каждой главе, выложенной здесь (около 7)? Ваши феноменальные рисунки способны оживить любой текст.

Думаю, это было бы интересно многим участникам.

Если вы согласитесь , связь через @Kukabara . (описания, материалы и пр.)

Опрос

для одного человека

40

@Colonel_Brom , приношу извинения, был не права - перепутала тебя с Апостолом 1. исправляемся. Финал. Тогда по музыке.

Ситуация в финале такая: всех, кого надо, убили, все собрались праздновать отъезд туристов. Собрались в отеле. Настроены все по-разному. Ты поясняешь, кого, как и за что убили. потом - праздничный ужин.

И тут нужно музыкальное фоновое сопровождение. Выбирать и спорить (в тексте книги) будут Кука и Штрудель. А о чем спорить - выберешь ты. Или из вариантов, если думать лень. Или сам.

Варианты:

1. Одна хочет местную музыку и похожую. Вторая - роковые композиции.

2. Одна хочет индийскую музыку и инди-рок, -- вторая что? Может, музыку 80-х? 90-х?

3. Штрудя хочет то, что прислала в комментах, Иоанка - что?

4. Вообще любые твои варианты.

Все музыкальные композиции будут в плейлисте по книге.

Еще раз прошу пардона за косяк

Продолжение 10.

Детектив на общественных началах

44

Сограждане. Детектив закончен. но осталась одна деталь. Одна незначительная деталь.

Это музыка в финале.

До этого тоже была музыка, но классическая, грустная и тягучая.

А теперь нужно кардинальное изменение стиля. Я сломала себе мозги. Идеи есть, но они никак не оформятся.

Поэтому предлагаю подумать двум дамам, которые и будут спорить об этом: @etoshtrudel Каталина Урсу и @Kukabara Иоанка Болбочана. Именно вы будете спорить в конце, какая музыка будет играть фоном в отеле в заключительных сценах.

Предлагайте. Конкретные примеры, стили, типа попса 80-х. Не забывайте, что ваши героини - это не совсем вы. Это жители румынской глубинки.

Не возбраняется предлагать и другим. Я все почитаю. Все оценю и примерю к готовому тексту, к готовым обстоятельствам. Можно сам звуковой ряд давать. в комментариях или ответом на этот пост.

Всем заранее спасибо.