В «Словоблуде» обновились поселения: в «Управе» появилась доска заданий.
Охота: управа просит победить монстра в окрестностях города. Чем сильнее зверь, тем больше награда.
Дороги: подряды на соединение двух поселений. Ближний, средний и дальний подряд отличаются наградой и сложностью.
Репутация: за выполненные задания жители благодарят репутацией. Она видна в «Обзоре» поселения и среди жителей.
Компас: взятые задания показываются в компасе и в карточке путника, чтобы к цели было легко вернуться.
За удачные задания дают очки, припасы и репутацию. В рекордах появилась отдельная страница «Репутация», а в меню — «Статистика» с победами и поражениями в боях за монстров, шахты, поселения и мосты.
Загляните в управу ближайшего поселения — задания уже ждут.
В «Словоблуде» появился ластик. Им можно стирать старые слова с поля и получать за это очки.
В поселении продаются «Малый ластик» на 10 стираний, «Большой ластик» на 50 и «Ластик хранителя» на 100. Цена зависит от поселения.
Стирать можно только буквы старше суток. В режиме чистки они подсвечиваются зелёным, а свежие — золотистым.
Слово собирается из старых букв по соседним клеткам и приносит очки как обычное слово. Повтор в той же области даёт 0 очков, но стереть его всё равно можно.
Нельзя стирать старт, городские стены, «СЛОВОБЛУД» и буквы в отрезанной области. Стираются только буквы, старые слова остаются в истории.
Каждое стирание тратит заряд. Когда заряды кончаются, нужен новый ластик.
Турниры стали удобнее: у них появились темы и тематическое стартовое слово, вкладки «Активные», «Прошедшие», «Мои» и «События», прогресс турнира и хода, итоговая таблица и реплеи. Игрокам вне области выдаются визы, чтобы они могли участвовать.
Ещё в этой версии: письма о потере города или шахты, метки на поле из панели, два счётчика поселений — основано и во владении, — и отдельная памятка по ластику. Отрезанная от области шахта копит добычу, но забрать её и улучшить шахту нельзя, пока не восстановишь связь.
Спасибо, что играете! Если найдёте что-то странное — напишите в отзывах на странице игры.
В поселениях можно построить рынок. На торговой площади припасы меняют на другие припасы и на очки. Владелец города торгует по более выгодному курсу: чем больше у него рынков, тем лучше обмен. Выбирайте картинки «отдать» и «получить», а количество — ползунком.
В испытаниях городов, шахт и в боях с монстрами появилось лукошко. Сверху падают буквы, снизу нужно успеть подставить маленькое лукошко. Пойманная буква сама встаёт в нужное место слова, а лишняя отлетает и отнимает одну из трёх жизней. Когда жизни кончаются — поражение.
Лягушонок всегда начинает бой с лукошка. На карте его легко узнать по значку с корзинкой.
На поле вышли десять монстров разного уровня. Чтобы принять бой, составьте слово через клетку монстра. Победа принесёт бонус к очкам и припасы, поражение отменит слово и спишет очки.
Ещё в обновлении:
тема «Море» расширена до 717 слов;
у припасов и очков появились рисунки — в котомке, смете, шахтах и на рынке;
если связь пропадает, игра теперь честно предупреждает об этом и пытается переподключиться;
панорама городов стала устойчивее: при приближении город больше не отрывается от земли.
Заходите в мир — торгуйте, ловите буквы и не попадайтесь монстрам!
- У каждого открытого города теперь есть тема недели и тема дня: медицина, игры, книги, музыка, природа и другие. Слова этих тем приносят больше очков рядом с городом, а неделя и день складываются.
- В мире появились тематические болота и горные области. У них свои темы, несколько проходов и подсказки на карте; за слова темы внутри области дают больше очков, а чужие темы теряют часть очков.
- Штурм города и шахты стал двухэтапным: кроссворд и поиск слов по определениям. Порядок случайный, время общее.
- Постройки усиливают защиту: частокол добавляет второй этап, башня — лишнее слово, книжница — ложный след, церковь — туман.
- В дозорной вышке теперь видно цену наблюдения, а рудная управа после улучшения собирает добычу прямо из книги.
Вышло обновление «Словоблуда» 0.1.7. В нём мы поправили мобильную панель шахты: теперь она помещается на пергаменте, а кнопки всегда под рукой.
Шахты стало проще различать. Каменный карьер, деревянная штольня, архив пергамента, чернильная пещера и гнездо перьев выглядят по-своему и на карте мира, и в панели. Значок перехода к ближайшему городу теперь похож на городские ворота, а не на прицел.
В карточке поселения появились стрелки для перехода между своими городами: теми, где вы основатель или владелец. Рядом видно, какой это город по счёту.
Кладбище теперь честно показывает, что нужно для обряда забвения:
быть основателем поселения;
отстроить кладбище;
не иметь клейма «быдло»;
набрать не менее 2000 очков;
поднять поселение до третьего уровня;
принести пять листов пергамента, три порции чернил и два пера.
Пока не выполнено хотя бы одно условие, кнопка забвения остаётся закрытой и подсказывает, чего не хватает.
Заходите в «Словоблуд» и проверяйте новые шахты и переходы между городами.
Фундаментальная хуйня мироздания, спрятанная в переплете.
Нулевая страница. Это не титульный лист, где всё чинно и благородно: автор, издательство, год и срок годности. И не аннотация, где тебе впаривают суть, которая не суть. Нет. Это порог. Задний проход. Чёрный ход в книгу. Это та самая дверь, которую никто не открывает, потому что она замаскирована под стену. На ней может быть ничего. Абсолютная белизна или чернота...
Или какая-нибудь ебучая маркировка типографии, вроде «Цех №3, смена Петрова». Или цитата, которая не относится ни к чему, например: «Снег в пустыне идёт только по вторникам», или «Хранить в холодильнмке».
Эта страница — намёк. Она шепчет: «Слышь, алё, всё, что ты прочтёшь дальше — это уже интерпретация. А вот это... это до. Это реальность книги без книги. Почувствуй саванну пустоты перед тем, как впустить сюда всех этих персонажей и их выебоны».
Нулевое слово. Это вообще пиздец. Его не существует в тексте. Оно не первое, не последнее. Оно — потенция. Виртуальный оргазм мысли, который случился в голове автора за миг до того, как он написал «В»... или «Однажды»... или «Блять».
Нулевое слово — это «...». Это пауза. Вздох. Стук сердца в тишине кабинета, когда палец уже завис над клавишей, но ещё не ударил по ней. Это все возможные слова, свёрнутые в сингулярность. Это Большой Взрыв повествования, сжатый в точку с бесконечной плотностью. Оно содержит в себе всю книгу: и завязку, и кульсинацию, и ебучую мораль в конце. Но в виде нерасщеплённого атома.
И вот, блять, когда ты берёшь книгу в руки, ты проходишь мимо этого. Ты смотришь на обложку, листаешь нулевую страницу, не видя её, и влетаешь в историю на полном ходу, как в чужую квартиру с пинка. А всё самое важное — тот самый порог между небытием и бытием, та самая квинтэссенция творения — остаётся за кадром. Потому что искусство — это не только то, что создано. Это и то, что едва не было создано.
Нулевая страница и нулевое слово — это памятник всем тем мыслям, которые так и не стали текстом. Это призраки всех возможных книг, которые могли бы быть, но не стали. И в этом их абсолютная, блять, космическая, никчёмная и прекрасная хуёвость.