Тесный рыцарь
Глава 2
После долгих уточнений, Ланселот понял, что печать можно защитить семью артефактами. Первой в списке артефактов, выданном Морганой, значилась кровь дракона, причем кровь Чи была сразу объявлена как неподходящая.
Вот только собирать артефакты мог теперь один Ланселот: ведьма привязала проклятье к нему.
Ланселот, долго пререкался с Морганой, но всё же добился пяти новых кинжалов, ста серебряных монет и разрешения выбрать служебный транспорт.
Доспехи Моргана осветлила, как и обещала. Теперь они сверкали белизной, а по панцирю тянулась вязь из семи красных рун. Смотреть на всё это было больно.
После каждого засчитанного подвига одна руна должна была стать золотой. Пока все семь оставались красными.
Проходя мимо дракона, Ланселот остановился, припомнив, что среди светлых часто говорят о каких-то подвигах, связанных с драконами.
— Эй, Чи, ты случайно не знаешь, как совершают подвиги?
— А то. Вот, например, один светлый герой переспал с целым гаремом!
— Э, нет. Кто же меня в гарем пустит?
— Ладно, вот ещё вариант. Один из героев переспал с драконшей!
— Слушай, ты бы себе жену завёл, что ли. А то тебя всё к размножению клонит. Ты лучше расскажи, как мне совершить добрый подвиг. Да еще ведьма просила кровь дракона, но твоя, говорит, не подходит.
— Ну, тут я тебе вряд ли помогу. Хотя…
Чи посмотрел на поле перед воротами и кивнул собственным мыслям.
— Есть у меня конкурент по теме философии. Зовут его Щи. Он мой четырёхюродный внучатый племянник по линии маминой трёхсотюродной сестры. Обитает в горах возле светлого городка Бухгалрест. За его голову назначена награда, да только мало кто сумел его победить. Убьёшь Щи — и станешь героем, совершившим подвиг. Ну а с тебя его рога за наводку.
— Слушай, а отличная идея! Заодно казну пополню!
Ланселот радостно потёр руки и отправился в конюшню, где его ждал боевой страус.
Дорога заняла двое суток. Птичка была вездеходная и полноприводная: ног у неё имелось всего две, зато обе ведущие.
Для начала Ланселот приехал в город, который встретил его сломанными воротами, закопчёнными стенами и мрачными лицами горожан.
— Эй, служивый! — позвал Тесный рыцарь ближайшего стражника. — Я пришёл взять в гильдии приключенцев задание на дракона!
— А, очередной самоубийца.
Стражник лениво потянулся и показал пальцем на большое белокаменное здание, покрытое копотью.
— Вон она. Идёшь прямо, потом налево. У аптеки сворачиваешь к борделю, за ним — направо. Через квартал красных упырей — налево, а за мостом Святого Укупника — направо.
— Квартал красных фонарей?
— Нет, упырей. Там живут легализованные нашим обществом вампиры, но выходить за пределы квартала ночью им запрещено.
— А-а, понятно, — протянул Ланселот.
Рыцарь провёл железной рукавицей по усам, вызвав мелодичную какофонию, и направил скакуна по указанному маршруту.
Он трижды возвращался к стражнику, поскольку сбивался с пути. На четвёртый раз Ланселот всё-таки остановил страуса у гильдии, привязал его и вошёл внутрь.
В холле было относительно тихо, пока рыцарь не опрокинул очередной декоративный доспех. Тот, падая, снёс две вазы, а отскочивший шлем макушкой угодил прямо в глаз гному, обернувшемуся на шум.
Рассвирепевший гном бросился на Ланселота, но, врезавшись в прикрытый кирасой живот, стёк по панцирю подобно воде и оказался у ног рыцаря.
Ланселот недоумённо посмотрел вниз.
— Сударь, что это было?
— Да не обращай внимания. Это Бородо. У него котелок слегка посвистывает после того, как дракон спалил ему бороду, — ответил длинноухий спутник гнома, печально полируя тряпочкой чёрную деревяшку.
Ланселот отметил, что гном действительно был идеально выбрит и совершенно лыс.
— А ты кто такой?
— Я эльф Глатиэль, лучший лучник в этих землях. Точнее, был им, пока дракон не сжёг мой лук.
Эльф кивнул на деревяшку в руках, а потом указал на железную кастрюльку, стоявшую рядом.
— А это Марти, наш целитель. Точнее, то, что от него осталось.
— Да, не повезло вам. А я как раз хочу совершить подвиг и убить дракона.
— А не слишком ли ты толстоват для таких подвигов? — раздался голос из-за стойки администрации.
— Толстый, да могучий!
Ланселот подошёл к стойке и обиженно стукнул по ней ладонью. У стойки подломились ножки, после чего она с грохотом рассыпалась.
— Упс.
— Ладно, верю, — невозмутимо ответил администратор. — Как вас записать, сэр рыцарь?
— Запиши меня как светлого рыцаря Ланселота.
Он ударил себя кулаком в белоснежный панцирь, покрытый красными рунами, и гордо задрал голову.
— Я принесу вам голову любой твари, какую пожелаете!
— Ну, допустим.
Администратор кивнул и продолжил заполнять документы уже на коленке.
— Вы хотите попытать счастья в убийстве дракона?
— Да. Мне нужно его точное местоположение.
— Вот ордер на охоту, а подробности спросите у тех доходяг.
Администратор вручил Ланселоту маленький клочок бумаги и кивнул на печального эльфа.
— Благодарю!
Ланселот взял ордер и подошёл к Глатиэлю.
— Итак, господин эльф, вы знаете, как попасть к дракону?
— Знаю. Вот карта, на ней отмечен маршрут.
Эльф меланхолично пододвинул карту. Поверх неё лежал оплавленный кристалл.
— Это кристалл памяти. В нём сохранилось всё, что произошло возле пещеры. Больше привезти оттуда было нечего. Марти вон тоже весь здесь, в кастрюльке.
Дотронувшись до кристалла, Ланселот почувствовал, что куда-то проваливается.
Пустыня под ним была из стекла, а обугленные пни ещё помнили, что когда-то являлись лесом.
Трое шли ко входу в пещеру: эльф с натянутой тетивой, гном с топором наперевес и молодой клирик, договаривающий молитву.
Пламя вырвалось из пещеры раньше, чем прозвучало последнее слово.
Мир снова дёрнулся, и Ланселот оказался у стола с картой.
Несколько секунд он задумчиво смотрел на кристалл, после чего свернул карту и убрал в рюкзак и то и другое.
Пещера дракона находилась совсем недалеко. Правда, пришлось сделать изрядный крюк: мост через ущелье оказался обрублен и висел вдоль скалы жалкими деревянными ошмётками.
Судя по ровному разрубу, топором поработал гном.
Добравшись до пещеры, Ланселот первым делом закинул внутрь камень.
Ну как закинул…
Булыжник размером с детскую голову с грохотом пронёсся по пещере, несколько раз отрикошетил от стен, вылетел обратно и врезался в ближайший ствол сгоревшего дерева, расщепив его на тучу щепок.
Не услышав ничего подозрительного, Ланселот двинулся внутрь, оставив страуса у входа.
В пещере было светло и пыльно. В самом центре в позе лотоса сидел и медитировал мужичок лет пятидесяти.
Стоило рыцарю сделать ещё шаг, как тот чихнул.
Изо рта мужчины вырвалась мощная струя пламени, ударила Ланселота в панцирь и откатила его назад, словно бочку. Рыцарь рухнул на спину и несколько секунд молча смотрел в потолок.
Затем перекатился обратно к мужичку, положил руку ему на плечо и хорошенько потряс.
— Сударь, вы случайно не родственник дракона Щи?
— А? Что?
Мужчина резко открыл глаза и снова чихнул, но на этот раз успел прикрыть пламя ладонью.
— Прошу прощения, сэр рыцарь. Родственник? Я и есть Щи. Простудился и пытался медитацией привести здоровье в порядок.
— То есть это вы не нападали на город и не сжигали авантюристов специально?
— Что? Да я уже две недели как на больничном! Они сами сюда лезут, кричат, размахивают оружием и поднимают пыль. А потом удивляются, что я чихаю огнём!
— А Чи сказал, что ты любишь нападать на деревни.
— Он много чего говорит! Так вы знаете моего родственника?
— Буквально работаем на одного хозяина. Хотите к нам? Соцпакет, высокая зарплата и медицинская страховка, включая диспансеризацию.
— О, это интересно!
Щи задумчиво почесал нос.
— Я к вам в конце недели подойду, как больничный закрою. Вы не против?
— Не против. Тогда ещё одна просьба: крови бы вашей, примерно полкружки. Для дела.
— Кровь — это пожалуйста, я донор со стажем.
Щи порылся в котомке и достал потрёпанную книжицу с печатями.
— Только справку выпишу. Без справки её нигде не примут.
Через несколько минут в рюкзаке Ланселота лежали плотно закупоренная фляга с драконьей кровью и справка в двух экземплярах.
Первый артефакт был добыт подозрительно законным способом.
— И ещё мне нужно показать людям что-нибудь, доказывающее, что опасности больше нет.
— А вон, в углу мои старые рога валяются. От предыдущего брака.
Дракон в человеческом облике указал на огромные ветвистые рога. Ланселот поднял их, взвесил в руке, привязал к рюкзаку и направился к выходу, напоследок кивнув уже снова погрузившемуся в медитацию Щи.
Проезжая мимо полуобгоревшей рощи, Тесный рыцарь услышал плач и возню на ближайшем уцелевшем дереве.
На ветке сидел клирик из кристалла памяти.
— Я так рад, что вы меня нашли! — закричал он. — Меня вчера взрывной волной забросило в эту рощу! Я уже второй день здесь торчу!
Ланселот подъехал ближе, протянул руку, снял клирика с дерева за воротник и поставил перед собой.
— Вы герой! — воскликнул тот. — Я всем расскажу про ваш подвиг!
— Подвиг? Да я просто снял тебя с дерева!
— Ещё и скромный! Я точно закажу балладу о ваших приключениях у лучших бардов!
В этот момент одна из красных рун на белом панцире Ланселота вспыхнула золотым светом.
Рыцарь посмотрел на неё и пожал плечами.
— Ну, раз руна говорит, значит, подвиг, хотя подвига-то никакого не было, он просто снял мужика с ветки, и если это подвиг, то чем тогда всю жизнь занимались светлые?
Страус недовольно покосился на дополнительного пассажира, но всё же двинулся в обратный путь.
Ланселот молча ехал, держа перед собой опалённого, слегка почерневшего, но совершенно счастливого клирика.
Через некоторое время рыцарь задумчиво спросил:
— Слушай, а в кастрюльке у эльфа тогда кто?
Марти задумался и промолчал.
